Чарльз убил такое количество своих друзей и близких, хотя сам не помнит ни о чем из этого, как и не помнит любой другой стинамсолдат. Их воспоминания заменяются шаблонными прямо в тот момент, когда они убивают, а трупы, как мы уже помним, не видит никто. Такая система не дает сбоев, поскольку замена происходит сразу у всех, отчего никто и не вспомнит правды. Как же чувствует себя тот, кто знает обо всем? Даже мое имя знает, но не подаст виду. Сейчас я разрушу такое количество экосистем уничтожением этого озера, но ничего с этим не сделаешь. Я перестал относиться ко всему миру через призму трагичности и мрачности, когда понял, что все приближается к концу. Я убил семью Чарльза сам, но разве это стоит хоть чего-нибудь, если мне нет никакого дела? Его семья, они оставили бы все в мире так, как есть, они бы оставили во главе сверхдержавы ужасную машину. И если это так, то разве не стоит их уничтожить, как и всех остальных? В этот раз я смог разрушить маску Чарльза только из-за этого, заставить его проявить агрессию, сделать так, как мне было нужно, и тогда получить контроль над его телом. Все остальные давно не подходили, их голова была изначально сломана, а Чарльза ломали в течение жизни. Ничего бы не изменилось, если бы он убил всю свою семью сам, это не поменяло бы ровным счетом ничего.
Я забыл о том, что это лишь трюк. ВИ слишком хорошо действует – он способен ввести в заблуждение даже меня, но правду я не могу сказать – тогда весь тот поток перестанет с огромным давлением биться в маску Чарльза, разрывая ее на части. Мне нужно самому в это верить, чтобы верил Чарльз.
Мы находились рядом с памятником настоящему человеку. Безликий атлант, держащий на своих плечах земной геоид. Как отвратно он выглядит, учитывая всю его суть, подразумевающую понимание этих людей кто такой настоящий человек. При разрушении старых структур все чудеса света рухнули, их разрушили те, кто хотел полностью провести черту между собой и прошлым. Этот памятник только показывает, как сильно люди стремились к этому. В самом деле, настоящий человек – что это для нас было тогда, когда мое сердце еще билось? Это тот, кто обладает высшими моральными качествами, всегда придет на помощь, испытывает сострадание к другим в любых ситуациях, поймет действие любого и отнесется к нему по-человечески. Однако мы зовем его дурак, всегда и везде, он остается дураком, которого мир уничтожит при любой возможности, как тупиковую ветвь человеческого развития. Я ненавижу таких людей, поскольку они не настоящие, как и я. Я – ненастоящий, они – ненастоящие, лишь те, кто сочетают в себе обе стороны человеческой жизни, могут стать людьми, те, кто делают выбор между ужасными вещами и прекрасными подвигами, и всегда выбор разный. Я понял, за тысячу лет, я понял, что это лишь бред, и у настоящего человека нет определения, ты лишь можешь почувствовать его, как и почувствовать любовь, добро, сочувствие, жестокость, честность – все это не поддается определению привычным научным способом, а любые попытки дать определение – бред.
И тогда, когда мой мозг перестает уже работать, и все ткани начинают отмирать, но я все еще могу думать, костюм раскрывается, а я чувствую тепло. Вся вода испарилась до уровня нахождения этой установки. В месте реактора виднеется круглый светящийся шар плазмы, кажется, это мини-звезда, но почему она сформировалась? Без энергии невероятно тяжело двигаться, поэтому у меня есть идея. Я толкаю стенд с шаром, после чего он попадает в то место, где находился урановый заряд. Отсек на руке закрывается, а моя рука через пару секунд отрастает заново. Мои силы вернулись, я снова могу адаптироваться, а через пару секунд, как только я появлюсь живым, сюда спустится Рыцарь. И тогда я выхожу наружу, где на дне остались маленькие ручейки воды, а пар от воды ошпаривает мне лицо. Чем больше энергии у стинамсолдата, тем он лучше по всем своим характеристикам, поэтому ядерный реактор есть у Рыцаря, но у него он больше. И когда я поднимаю голову вверх, то я замечаю черное пятно, постепенно увеличивающееся в размерах. И плазменный клинок, которым пытается нанести урон Рыцарь, я останавливаю правой рукой. Теперь гораздо проще сражаться, правда, чем больше я нахожусь на месте, тем мне жарче, и ни один стинамсолдат не потеет, поскольку вся энергия уходит на БП, а здесь ее более чем достаточно. Меня вдавливает в землю, как гвоздь, поскольку давление моих ног из-за маленькой площади чрезвычайно велико. Он бьет меня ногой по торсу, чтобы я вылетел и всем импульсом ударился о стены нынешнего карьера.
Он даже перестал разговаривать, теперь он ведет себя как обычно, когда приходит за нами. Никакого урона, даже от такого удара, я лишь тяну время. Начинает подниматься сильный ветер из-за того, что в атмосферу вышло большое количество горячего водяного пара. Сражаться с ним бесполезно. Я это прекрасно понимаю, но удовольствие от того, что происходит, я получаю. Мое тело пробивает плазменный клинок, и пытается отделить ноги от торса, но он подобрался слишком близко. Огромный поток синего пламени украшает весь карьер, когда он пытается двинуться, такая температура достигается с помощью сжигания ацетилена под огромным давлением. Рыцарь закрывает лицо, которое не должно получать высоких температур, а я разогрелся до 3 тысяч градусов Цельсия. Температура топлива, которым является мини-звезда, не способна поддаваться манипуляции – это нужно для более эффективной схемы использования БП.
– Ты считаешь, что меня это способно ранить? – ветер сильнее и сильнее, всего пара секунд и горячий воздух с холодным образуют смерч, который сейчас так необходим. Из спины Рыцаря вылезают кадмиевые стержни, призванные останавливать неконтролируемую ядерную реакцию внутри его костюма, и тогда он с легкостью отрывает мне БП руку. Он подбрасывает меня вверх, и меня подхватывает образовавшийся смерч. Рука реконструируется заново, а Рыцарь подпрыгивает до того же смерча, стараясь найти меня. Его затягивает в смерч, несмотря на попытки включить реактивный способ передвижения. В смерч прыгает Нуль, и тогда я понял, что я задумывал изначально. Нуль старается добраться до Рыцаря, пока нас мотает во все стороны ветер. Нуль добирается до Рыцаря и выпускает все стержни, после чего приваривается из-за температуры к Рыцарю.
– Теперь ты умрешь вместе со мной, выродок, – произносит Нуль, после чего моя рука готова к использованию и все топливо сжигается для того, чтобы я выбрался из эпицентра. Полет не контролируется вовсе, но я улетаю далеко от того, что опасно для меня.
И тогда происходит взрыв. Ядерный рассвет, ведь утро уже почти наступило, огненный смерч уничтожает все живое в огромном радиусе, распространяя ядерную пыль. Моя победа здесь бесспорна. Ничто победило все.
Ячейка хранения №2404
Статус: используется сейчас.
Попытка №25
– Что теперь? – голос Чарльза вернулся, когда все давно закончилось. Теперь этот диалог самое важное, что может произойти.
– Теперь? Теперь я сдамся Высшему Интеллекту и уничтожу его. А потом и все человечество.
– Зачем тебе его уничтожать, если ты можешь стать правителем нового мира, который можно оставить? – он даже не сомневается в том, что я смогу его уничтожить? Ах, он видел мой план из-за того, что наши мысли переплелись.
– Нет никакого смысла в этом, мы просто заменим одну маленькую деталь во всем механизме, поэтому ничего не изменится.
– А если мы построим собственный, великий мир? Мы построим его на основе того, что уже было сделано.
– Этот мир не будет велик, как мы бы ни старались. Я не собираюсь контролировать человеческую природу, поэтому вся ее суть вырвется наружу. Человечество начнет заново сквозь эпоху смерти. Я не собираюсь приносить человечеству такую боль и такие страдания.
– А что, если бы мы смогли контролировать? Мы стали бы дуэтом, который маскировался бы под Высший Интеллект.
– Нас бы сожгли заживо, если бы уличили в этом. Я бы не смог подавлять такое количество людей, как он. Мы бы стали проблемой.
– А если бы я взял управление мыслями людей на себя? Что, если бы тогда я оставил управление тебе всем, кроме людей?
– Нет, не думай о том, что можно что-то исправить. Я не собираюсь идти на уступки. Человечество уничтожит себя, как маленький ребенок, как только потеряет контроль.
– Может, тогда подарить им свободу? Сделать так, чтобы они были вольны в том, что делать?
– Этот вариант еще хуже, тогда мир погрязнет в пучине антисоциального поведения, которая не снилась и Средневековью.
– Неужели никаких вариантов нет, кроме того, что ты задумал?
– Я две тысячи лет думал над тем, что можно сделать, когда я доберусь до власти, и принял однозначное решение, которое не может оспариваться. Никаких других вариантов нет, и никогда не будет. Это единственный вариант, который может причинить минимальное количество вреда всему миру вокруг.
– И что ты сделаешь со мной, если собираешься уничтожить весь мир?
– То множество людей, в чьих головах я был, как думаешь, что произошло с каждым из них?
Чарльз молча пожал плечами, не поднимая веки с невероятно усталых глаз.
– Каждый из них, после того, как я покидал их головы, он становился овощем, он терял свою личность, ведь ее поглощал я. Я придумал это имя не просто так, не просто потому, что я личность в цифре, мне пришлось наблюдать это собственными глазами. Процесс здесь уже начался. Ты даже злиться уже не сможешь, ведь моя личность поглощает твою.