Решился (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Каспиан кивнул, запоминая совет. Он привык, что Эдмунд почти с самого начала взял на себя роль его наставника, и нисколько не возражал: советы тот давал ненавязчивые и никогда не кичился своим опытом, и Каспиан признавал, что это может быть полезным.

Впрочем, осмыслить сказанное он не успел: к ним поднялись Наин и Кор. На этот раз король повёл их на маленькое ристалище чуть поодаль от основного, где, как оказалось, проходило обучение наследного принца. Военные навыки Кора, признаться, не очень-то интересовали Каспиана, а вот Эдмунд не смог удержаться от вопросов.

— Каким оружием вы владеете, ваше высочество? — спросил он, и Каспиана чуть не передёрнуло. Интерес Эдмунда можно было списать и на его любовь к военным делам, и на вежливость, но Каспиан просто не был способен мыслить здраво.

— На данный момент я учусь стрелять из арбалета, — с энтузиазмом ответил Кор. — Лук удаётся мне чуть хуже, как и копьё, а вот меч… Хотя, наверное, по сравнению с вами мои способности ничто, лорд Эдмунд, — Кор вдруг потупился. — Я слышал, что вас называли лучшим мечником Нарнии.

— Не буду этого отрицать, — кивнул Эдмунд, — но вам не стоит преуменьшать свои заслуги, ваше высочество. В вас течёт кровь великих воинов, уверен, что вы отлично справляетесь.

— Я могу показать, — оживился Кор, но тут же смутился: — Если вы, конечно, хотите…

— Это вызов? — Эдмунд насмешливо вскинул бровь, и хотя было очевидно, что это лишь беззлобное подтрунивание, щёки Кора покраснели. — Не смущайтесь, ваше высочество. Я с удовольствием потренируюсь с вами немного, если никто не возражает.

— Разумеется, это для моего сына честь, лорд Эдмунд, — быстро закивал Наин. — Я велю принести вам мечи… Ваше величество, вы не против? — Каспиан даже не сразу понял, что обращаются к нему. Внутри у него всё протестовало, но он понимал, что это будет выглядеть глупо, поэтому ответил:

— Я вовсе не против, можете начинать тренировку.

По приказу Наина Эдмунду и Кору выдали по простому стальному мечу, и тренировка началась. Каспиан искренне пытался не смотреть в ту сторону, но когда всё же повернулся, уже не смог оторвать глаз от происходящего. Он уже давно заметил, что сражения были родной стихией для Эдмунда; оттого наблюдать за тем, как он быстро перемещается по ристалищу, уворачивается от ударов и отточенными жестами атакует Кора, тесня его в угол, становилось очередным испытанием для выдержки. А ещё Каспиан помнил, как сам неоднократно тренировался с Эдмундом, и тогда его карие глаза блестели таким же озорным огнём, как сейчас, когда место Каспиана занял Кор. Каспиану хотелось вырвать из сердца эту идиотскую ревность, но она оживала всякий раз, когда он смотрел на Эдмунда, и ничего с этим поделать он не мог.

Бой закончился быстро: уже через минуты две Эдмунд прижал меч к горлу Кора и тут же отошёл в сторону, повесив клинок на стойку для оружия.

— Вы неплохо сражаетесь, ваше высочество, — сказал он, пока Кор пытался выровнять дыхание. — Тренируйтесь больше, и тогда всё выйдет.

Сердце будто бы зажали в стальные тиски, и Каспиан, сообщив Наину, что ему нужно отдохнуть, оставил их и вернулся в покои. В комнате горел камин, и он сел рядом с ним на медвежью шкуру, по-подростковому прижав колени к груди. Вся неоднозначность поведения Эдмунда ранила, и хотя Каспиан понимал, что тот ему ничего в этом плане не должен, легче от этого ни капли не становилось. То, что они почти не общались с глазу на глаз в эти дни, но при этом Эдмунд как-то странно сошёлся с принцем, больнее всего задевало Каспиана. С другой стороны, его утешала одна мысль: сегодня Эдмунд явно поддавался Кору, чего никогда не делал с теми, кто был ему по-настоящему дорог. Каспиан помнил их первую тренировку ещё до победы над тельмаринами: тогда Эдмунд одолел его за полминуты (и это при том, что Каспиана учили сражаться всю его жизнь!), а потом с беззлобной улыбкой принялся сам его учить, и теперь они были более-менее на равных. Каспиан цеплялся за каждый неопределённый поступок Эдмунда и строил воздушные замки. Это следовало прекратить.

Но, к сожалению, слабости есть и у королей.

Что-то стукнуло за спиной, и Каспиан дёрнулся от неожиданности.

— Это всего лишь я, — голос Эдмунда звучал очень мягко, без привычных ироничных интонаций, и Каспиан не нашёл в себе силы повернуться. — Что произошло? Почему ты сбежал?

— Я не сбежал, — попытался оправдаться Каспиан. — Просто хотел отдохнуть.

— Поэтому сидишь сейчас с таким видом, будто бы тебя обидел весь мир, — хмыкнул Эдмунд. — Кого ты пытаешься обмануть, Кас? Может, Наин тебе и поверил, но я-то, в отличие от него, хорошо тебя знаю и понимаю, что всё не так уж и просто. Так что попробуем снова: что стряслось?

— Я переживаю за завтрашние переговоры, — выпалил Каспиан первое, что пришло ему в голову. В конце концов, это было логично: хоть Орландия и являлась давним союзником Нарнии, для него самого это была первая дипломатическая встреча. Каспиан боялся, что Эдмунд со своей проницательностью быстро его раскроет, но то ли ложь вышла убедительной, то ли Эдмунд не желал ни в чём его уличать, но разоблачения, в любом случае, не последовало.

Вместо этого Эдмунд подошёл ближе и присел на шкуру за спиной Каспиана. Дышать сразу стало сложно, и будто бы этого мало, Эдмунд вдруг обнял его и положил голову ему на плечо. Сердце Каспиана совершило кульбит: он много раз обещал себе не надеяться зря, но этот жест напоминал дружеский ещё меньше, чем совместные ночёвки. Хотя, скорее всего, Эдмунд воспринимал всё проще, поскольку его голос даже не дрогнул, когда он заговорил:

— Тебе нечего бояться, — слова звучали мягко, но совсем не поучительно. — Орландия всегда была нашим самым близким и верным другом, так что я почти уверен, что Наин предложит выгодные условия. Мы со Сью, к тому же, будем рядом и подскажем, если что-то пойдёт не так.

— И всё же мне не по себе, — пробормотал Каспиан, надеясь, что Эдмунд спишет его тон на волнение перед встречей, а не на что-то другое.

— Так, понятно, — Эдмунд отпустил его, но расслабиться Каспиан не успел: обойдя его, Эдмунд улёгся перед ним на бок и пытливо посмотрел прямо в глаза. Выносить зрительный контакт оказалось не проще, чем тактильный, а в чём-то и гораздо сложнее. — Что именно тебя тревожит?

— А разве ты не волновался, когда только стал королём и делал всё впервые? — вопросом на вопрос ответил Каспиан. Его волновало совсем не это, но он подумал, что разговор о второй, менее важной проблеме отвлечёт его от основной.

— Волновался, конечно, — не стал отрицать Эдмунд. — И перед первой встречей, и перед первой битвой, и перед первым приёмом. Но между нами есть разница: тебе не нужно никому ничего доказывать, в отличие от меня тогда. От тебя не ждут нож в спину.

— Не забывай, чей я племянник, — вздохнул Каспиан.

— Но для всех очевидно, что ты совершенно не такой, как Мираз, — покачал головой Эдмунд. — Обо мне же знали, что я предал свою семью, Нарнию и Аслана и прислуживал Белой Колдунье. Я боялся, что народ не сможет меня принять, но всё постепенно наладилось; у тебя же нет подобной проблемы. Посмотри: нарнийцы сразу приняли тебя даже до того, как мы тебя поддержали, тебя любят в твоей стране, и даже Наин относится к тебе с огромным уважением, хотя почти не знает тебя. Ты первый истинный король Нарнии за долгие столетия, за тобой идут и будут идти. Просто помни об этом, и пусть эта мысль не даёт тебе сомневаться.

Каспиан отвёл глаза: он всегда смущался, когда Эдмунд так просто и открыто говорил о самой тёмной страничке своего прошлого. В книгах сказок и нарнийских легенд, которые тайно от Мираза читал ему доктор Корнелиус, не было ни слова о том, что один из четырёх Золотых правителей когда-то был предателем, и Каспиан никогда бы об этом и не узнал, если бы Эдмунд сам не открылся ему. Это была ночь перед коронацией, когда они победили тельмаринов; Каспиан тогда не мог уснуть из-за свалившейся на него ответственности, и ноги сами привели его на один из балконов, где он совершенно случайно — хотя и вовсе не возражал — встретил Эдмунда. Каспиан поделился с ним своими страхами, и Эдмунд, глядя куда-то вдаль, мерным, ни разу не дрогнувшим голосом рассказал ему свою историю. Когда Аслан сообщил, что Пэвенси останутся в Нарнии, Каспиан думал, что Эдмунд будет жалеть о сказанном, но вскоре понял, что ошибался: собственная ошибка стала для Эдмунда прошлым, на котором нужно учиться — и учить других, чем тот сейчас и занимался.

— Я это понимаю, — наконец ответил Каспиан. — И постараюсь не забыть завтра. Спасибо за поддержку, Эд.

— Ты так сильно боишься… — задумчиво протянул Эдмунд, а на непонимающий взгляд Каспиана пояснил: — Ты дрожишь. Неужели от страха?