— Не драматизируй, — Эдмунд раздражённо закатил глаза. — С нами всё в порядке, к чему скандал?
— Сьюзан, правда, всё хорошо, — осторожно вставил Каспиан, испугавшись, что между Пэвенси разгорится настоящий конфликт, чего ему очень бы не хотелось — отчасти из-за того, что он сыграл в нём не последнюю роль. — Мы оба не пострадали, может, оставим это и поедем дальше?
— Ну ладно, — Сьюзан смерила Каспиана странным взглядом, но быстро согласилась. Каспиан не знал, оттаяла ли она на самом деле, но это было уже прогрессом. — Тогда поищем обходную дорогу?
— Конечно, — кивнул Каспиан.
Весь оставшийся день они ехали практически молча, будто бы и не было атмосферы веселья и дружественного соперничества. Ближе к вечеру появились мысли устроить привал: Эдмунд и Каспиан были не против продолжать движение и с наступлением темноты, но Сьюзан настояла на том, что ночлег необходим, поскольку в Нарнии слишком уж морозные ночи. Спорить с ней никто не стал, и они разбили лагерь на одной из лесных полян. Каспиан и Эдмунд помогали страже разводить костёр, а Сьюзан готовила еду, которой накормила всех присутствующих.
Когда на небе появилась луна, они принялись готовиться ко сну. Решив не разбивать шатры, они полезли в карету за спальными мешками, и тут Каспиана ждал сюрприз.
— У нас проблема, — сообщил Эдмунд, высунув голову из кареты. — Мы взяли только два мешка.
— В смысле два? — вскинула бровь Сьюзан.
— В прямом. Не веришь — иди сама убедись, — махнул рукой Эдмунд.
— Ладно, доставай, что есть, — вздохнула Сьюзан, и вскоре Эдмунд полностью вылез из кареты с двумя спальниками наперевес. Некоторое время они втроём стояли над ними, мысленно их деля.
— Сью, один определённо твой, — наконец произнёс Эдмунд. — Дамам нужно уступать. Не против, Кас?
— Нет. А этот возьми себе, — предложил Каспиан, глядя на Эдмунда. — Я и так справлюсь.
— Вот ещё чего удумал, — хмыкнул Эдмунд. — Ты Верховный король, тебе и спальник.
— Ты младше, — парировал Каспиан. Мысль о том, что Эдмунд будет спать на холодной земле, ему решительно не нравилась.
— Ну это как посмотреть, — резонно заметил Эдмунд.
— Может, перестанете меряться опытом? — спросила Сьюзан. Её голос звучал как-то сонно, что насторожило Каспиана: он-то прекрасно знал, что королева Великодушная могла бодрствовать всю ночь, если того требовали государственные обязанности. — Залезьте в него вдвоём, да и дело с концом.
— Вдвоём? — Каспиан ощутил, как у него пересохли губы. Он понимал, что Сьюзан не имеет в виду ничего дурного, но всё же… Представив, как Эдмунд будет лежать рядом с ним (или, что ещё лучше, прижиматься к нему), Каспиан покрылся румянцем, и его бросило в жар; оставалось радоваться, что темнота скрывала его реакцию.
— Ну да. Что тут такого? Он достаточно большой, — невозмутимо ответила Сьюзан. — К слову, когда мы в Золотой век ездили на охоту, Питер и Эдмунд часто делили спальник. Так теплее, между прочим.
«Питер и Эдмунд братья, и между ними точно не могло свершиться ничего предосудительного», — невольно подумал Каспиан. Не то чтобы он сомневался в собственной сдержанности — напротив, он не допускал никаких непристойных мыслей, а если они и случались, тут же гнал их прочь, — но всё же…
— А что? Я не против, — вдруг невозмутимо сказал Эдмунд. — В конце концов, мы дольше будем его между собой делить. Что думаешь, Кас?
— Ладно, — постаравшись унять дрожь в голосе, произнёс Каспиан. Конечно, Эдмунда ничего не смущает — он же не чувствует то же самое… Обида мечом резанула по сердцу, но Каспиан не подал виду.
Вместе с Эдмундом они расстелили спальник на безопасном от костра расстоянии и залезли внутрь. Сьюзан говорила, что вдвоём будет проще согреться, но Каспиан вовсе не ощущал этого: наверное, потому что отодвинулся как можно дальше от Эдмунда, чтобы не выдать себя. Каспиан старался даже не смотреть в ту сторону, но дрожь, видимо, не осталась незамеченной.
— Холодно? — Шёпот Эдмунда прозвучал совсем рядом с ухом, и Каспиан дёрнулся; к счастью, это было истрактовано по-своему. — Не бойся, это всего лишь я, — тихо фыркнул Эдмунд, и Каспиан на свой страх и риск повернулся. Эдмунд лежал спиной к костру, поэтому его черты лица смазывались в темноте, но блеск карих глаз Каспиан видел вполне отчётливо. — Я тоже всё никак не могу согреться.
— Да? — тупо спросил Каспиан. Эдмунд либо снова говорил без какого-либо подтекста, либо же он… флиртовал? На это Каспиан не смел и надеяться.
— Ага. Предлагаю помочь друг другу, — с этими словами Эдмунд вдруг подвинулся и прижался к Каспиану, положив голову ему на плечо. Это и правда можно было воспринимать как обычный дружеский жест, но Каспиан забыл, как дышать. — Ты ведь не возражаешь?
— Не возражаю, — сдавленно прошептал Каспиан. Эдмунд лежал так непозволительно близко, что контролировать себя становилось всё сложнее. Каспиану отчаянно захотелось обнять его, но это было бы уже слишком: просто спать рядом и спать в обнимку всё же совсем разные стадии… чего бы там ни было.
— Вот и хорошо. Доброй ночи, — прошептал Эдмунд, прежде чем замолчать. Каспиан не смотрел на него, но не ощущать тепло чужого тела под боком не мог, и этого было более чем достаточно. Он почти до крови закусил губу, стараясь успокоиться. Всё же Каспиан не ошибся: путешествие в Орландию действительно стало слишком рискованным для его чувств.
Он думал, что не сможет заснуть этой ночью, но мерное дыхание Эдмунда странным образом успокаивало, и Каспиан и сам не заметил, как провалился в сон.
***
— Если судить по старым картам, мы должны подойти к границе через два дня, — задумчиво сказала Сьюзан. — Господин Дженвик, я ни в чём не ошиблась?