Акация (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он оглянулся, пытаясь понять, где находится, и тут же увидел знакомую тропинку. Если его не подводит память, буквально через километр располагались берег Восточного моря и Кэр-Параваль. Сердце забилось с тревожным предвкушением, чувствуя близость дома, но Эдмунд одёрнул себя. Судя по тому, что деревья всё ещё живы, Нарния не переживает вторую Тёмную эпоху, но кто находится на престоле? Эдмунд сжал кулаки. Он не знал, какая весть уничтожит его больше: о том, что Каспиан давно скончался, или о том, что он ещё жив и успешно правит страной. И то, и то причинило бы Эдмунду бесконечную боль, особенно если учесть, что даже теперь ему наверняка придётся вернуться в чёртову Англию. Аслан изменил решение, но это не повод надеяться на милосердие: это Эдмунд понял уже давно.

Он поднялся на ноги и скинул пальто; дышать сразу стало легче. Судя по всему, в Нарнии царила поздняя весна или раннее лето. Эдмунд спрятал пальто под куст: всё равно оно вряд ли тут ему пригодится. Теперь следовало определиться, что ему делать дальше. То, что Нарнии нужно помочь, Эдмунд уже понял; оставалось только выяснить, в чём именно проблема, и тогда… Отказывать стране, в которой он вырос, Эдмунд не стал, однако принял твёрдое решение не выдавать себя. Он не пойдёт в замок, не будет называть своё имя и, что главное, ни при каких обстоятельствах не станет искать встречи с Каспианом, если тот, конечно, ещё жив. Только так он сможет уберечь и себя, и своего любимого короля от бессмысленных волнений, максимально продуктивно помочь Нарнии и вернуться домой, постаравшись забыть обо всём, как о мимолётном сновидении.

В последний раз взглянув на дорожку к Кэр-Паравалю, Эдмунд отвернулся и пошёл в противоположную сторону. Нарния не изменилась: когда он в последний раз здесь был (а именно — перед коронацией Каспиана), деревья всё так же пели, а солнце светило ярко и тепло. Говорящих животных и прочих обитателей Нарнии Эдмунд, правда, пока не видел, но всему своё время. Он надеялся, что не встретит своих союзников в битве у Каменного Стола, ведь они могли узнать его и невольно испортить весь план. Эдмунд, конечно, скучал по своим друзьям из того путешествия, но маскировка была куда важнее.

Когда Эдмунд только оказался в Нарнии, было утро; теперь же солнце окончательно воцарилось на небосводе. Эдмунд шёл уже достаточно долго, время от времени останавливаясь и делая привал (в Англии он знатно подрастерял былую выносливость). Он не знал, сколько точно времени прошло, когда впереди наконец послышались голоса. Эдмунд затих и подошёл ближе, спрятавшись за деревом. Показаться нарнийцам ему рано или поздно придётся, но следовало разведать обстановку.

На небольшой полянке, кажется, был разбит самый настоящий лагерь, по которому сновали говорящие звери, кентавры и парочка гномов. Эдмунд осмотрел тех, кого смог увидеть из своего наблюдательного пункта, и на первый взгляд не заметил никого знакомого. Неподалёку от него расположились ярко-рыжий лис и красный гном; они и вели беседу, которую услышал Эдмунд.

— Это немыслимо, — гном выглядел настолько подавленным, что Эдмунд даже испугался: какая же беда приключилась с Нарнией? — Как такое могло произойти?

— Нам не время об этом думать, — заявил лис, разгорячённо размахивая пушистым хвостом. — Важнее помочь его величеству разобраться с этой проблемой.

— Да вот только как? — сокрушённо поинтересовался гном.

— Мы найдём выход, — лис погладил гнома по плечу кончиком хвоста, а затем вдруг шумно втянул воздух: — Однако погоди-ка с разговорами, Брим. Я чую запах человека.

Эдмунд мысленно ударил себя по лбу: как он мог забыть о чутком обонянии зверей? Скрываться стало бессмысленно, и он вышел из-за дерева, надеясь, что его не узнают. Руки он выставил вперёд, демонстрируя, что безоружен. Взгляды почти всех в лагере устремились на него, и Эдмунд поспешил первым начать разговор.

— Мир вам, жители Нарнии, — он почтительно поклонился. «Ты, вообще-то, их король», — настырно шепнуло глубокое подсознание, но он постарался засунуть эту мысль куда подальше. Королём он был более тысячи лет назад, а теперь…

— И тебе, сын Адама, — первым поздоровался один из кентавров. — Кто ты и что тебя сюда привело?

— Моё имя Франциск Орландский, — брякнул Эдмунд первое, что пришло ему в голову. Имя принадлежало первому королю Нарнии, о котором рассказывал профессор Кёрк, а Орландия находилась слишком далеко отсюда, поэтому Эдмунд мог не бояться, что его неведение текущих дел разрушит легенду. Судя по выражениям лиц, ему поверили; Эдмунд впервые поблагодарил тётку Альберту за то, что одевала их с Люси в откровенно старомодное тряпьё. Что же, рубашка и брюки, заставшие, кажется, ещё прошлый земной век, вполне могли сойти за местную одежду. Эдмунд вспомнил, как они со Сьюзан учили орландский диалект перед своим первым дипломатическим визитом в Анвард; в подтверждение своих слов он мог даже что-то на нём сказать, но звери, кажется, и без того приняли всё за чистую монету.

— Что же, Орландия — наш добрый друг, так что мы рады тебе, — кивнул кентавр. — Моё имя Реввус. Однако вынужден сказать, что ты выбрал не лучшее время для визита в Нарнию, Франциск.

— Что произошло? — Эдмунд постарался изобразить удивление. Он уже знал, что в Нарнии неспокойно, и теперь у него появился отличный шанс выведать, что именно не так и в чём заключается его миссия. — Я бы очень хотел это узнать.

— Мы как раз собирались обедать, — сообщила одна из бобрих, выглянув из-за спины Реввуса. — Если никто не против, ты мог бы разделить с нами трапезу, там и обсудим, что случилось.

— Как же мы можем быть против сына Адама в нашем кругу? — вопросил уже знакомый лис. Он приветливо махнул Эдмунду хвостом. — Проходи к костру и бери еду, а то у тебя ни провизии, ни вещей.

Эдмунд благодарно улыбнулся и устроился около костра, от которого пахло ароматными травами; вскоре бобриха вручила ему кружку наваристого супа. Эдмунд действительно был голоден, поэтому начал задавать вопросы только после того, как немного насытился.

— Так что у вас случилось?

— Удивительно, что ты об этом не слышал, — Реввус посмотрел на него с лёгкой печалью.

— Я долго путешествовал; вы первые, кого я здесь встретил, — соврал Эдмунд. — Вся моя провизия и все мои вещи были утеряны, когда я перебирался через горы. Я и правда не знаю, что произошло.

— Легенды возвращаются, — пасмурно ответил лис, усевшись по правую руку от Эдмунда. — То, чего мы не ждали.

— Легенды? Какие же? — Эдмунд удивлённо осмотрелся. Он знал много нарнийских преданий, причём половина из них была связана либо с ним, либо с его сёстрами и братом. Только вот, судя по настроению в лагере, легенда эта рассказывала явно не о Золотых королях и королевах и их торжественном возвращении в Нарнию.

— О Белой Колдунье, — Реввус стал мрачнее тучи, а Эдмунд чуть не выронил тарелку.

— О Джадис? — Он с таким удивлением уставился на Реввуса, что тот недоверчиво вскинул бровь. Эдмунд не мог поверить в эти слова; он ожидал чего угодно, но никак не встречи с самой тёмной страницей своей жизни. Джадис мертва: Аслан ведь сам прикончил её, а затем Эдмунд ещё раз самолично пронзил её мечом, защищая Питера и Каспиана. Он сам видел, как лицо Колдуньи разбивается на мелкие осколки; так что же происходит?

— Тебе известно её имя? — вступил в разговор гном Брим.

— Моя мама — нарнийка, — выкрутился Эдмунд. — Она многое мне рассказывала.

— Стоило догадаться. Ты ведь назван именем первого нашего короля, — заметил Брим.

— Да, именно о ней, — продолжил Реввус. — Нам известно не больше твоего, Франциск. Белая Колдунья вместе со своей армией была разгромлена в битве при Беруне армией Верховного короля Питера Великолепного под предводительством Аслана, это так. Долгие столетия о ней не было ничего известно, но теперь…

— Вы видели её? — Эдмунд почувствовал дрожь, предательски пробегающую по спине.