Логан ничего не мог сделать для нее из Лафайетта.
– Нужно, Эджингтон, – заговорил Шон. – Шон Маккензи на проводе.
– И что?
– Если моя саба когда-нибудь снова придет к тебе, желая исчезнуть, вежливо отошли ее обратно ко мне.
Логан прочистил горло.
– Я пытался помочь. У меня не было всей информации. Извини, чувак.
На этом они закончили разговор. Шон поехал на северо-восток, пока Калли старалась не грызть обломанный ноготь и не представлять себе худшее.
– В этой головоломке миллион кусочков, и я этого не понимаю, – наконец сказала она, ее голос был напряжен от нарастающей паники.
– Я не знаю, почему этот персонаж Уитни охотился за тобой в аэропорту Вегаса. Но если он был одет в ту же униформу, что и пожилой мужчина, который приходил к тебе домой незадолго до убийства отца, они могли быть в сговоре, – размышлял Шон. – В конце концов, Вернер только что сказал, что к нему приходили двое полицейских в форме, один старый, один молодой.
– Вот о чем я думал, – вмешался Торп. – И если они связаны с какой-то группой наемников, возможно, они хотели, чтобы исследования Асланова помогли им стать лучше или что-то в этом роде.
Да, в этом был какой-то извращенный смысл.
– Но убивать невинных мужчин, женщин и детей?
– Жадность делает странные вещи с людьми, милая, – заметил Шон. – Я работаю следователем по уголовным делам уже десять лет. Я видел несколько ужасных примеров.
Как чертовски трагично. Ее отец всего лишь пытался сделать что-то хорошее для мира, а вместо этого запустил цепочку убийств, включая свое собственное, и перевернул ее жизнь вверх ногами.
– Сколько времени потребуется ФБР, чтобы прочитать все на SD-карте, провести расследование и арестовать людей? Недели? Месяцы?
Шон не ответил.
– Годы?
– Мы не знаем, к чему это приведет, Калли. Ты будешь свободна от любого участия. – Он сделал паузу. – Возможно, тебя могут поместить в программу защиты свидетелей. Если это случится, я буду с тобой.
Сердце Калли остановилось. Она провела десять лет, будучи кем-то другим. Она больше не хотела этого. Наконец–то пришло время снова стать Каллиндрой Хоу, чтобы похоронить память о своей семье. Жить той жизнью, на которую надеялась ее мать.
И если федеральное правительство заставит ее скрываться… Она смотрела фильмы и читала книги. Калли уже знала, что ей никогда больше не позволят связаться с Торпом. Это подвергло бы их обоих опасности.
– Нет. Должен быть другой способ. Я не буду этого делать. Я лучше умру.
Шон уставился на нее в зеркало заднего вида. Торп обернулся и свирепо посмотрел.
– Я не позволю тебе, – огрызнулся Шон.
– Поддерживаю, – добавил Торп.
Они настороженно посмотрели друг на друга, прежде чем Шон снова перевел взгляд на дорогу. С началом часа пик движение на дорогах начало оживляться, и они подъехали ближе к центру города.
– Ты знаешь кого-нибудь заслуживающего доверия в офисе Вегаса, кому ты можешь позвонить? – спросил Торп. – Дай им знать, что мы едем. Или еще лучше, может быть, они могут послать кого-нибудь, чтобы сопровождать нас, на всякий случай.
Лицо Шона напряглось.
– Агенты, с которыми я работал пару лет назад, переведены или уволены. Не уверен, кому я могу доверять.
– У тебя были вопросы по поводу решений в офисе в Далласе, – признал Торп. – Но обязательно ли это означает, что кто-то здесь хранит секреты?
– Может, и нет… Но я не могу сказать наверняка.