Оrchard in formalin (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Окрашенная алым воронка над сливом раковины.

Это не он.

Джеймс жмурится, трясёт головой. Но снова и снова перед ним безмолвно проносится хрупкое тело.

Ни крика, ни страха.

Конечности изламываются под встречным движением ветра, словно падает не человек — мертвая тряпичная кукла.

Треск, будто от скорлупы грецкого ореха, всё ещё стоит в ушах.

Это не он. Рикошет. Всего лишь рикошет.

Тупая дура. Идиотка!

Она сама отправила крученый бладжер в их охотника. Джеймс просто выполнял долг, защищал своего. Он не виноват.

Всего лишь рикошет.

***

Всё как во сне.

С самого утра Скорпиуса преследует странное предчувствие, сводящее внутренности, искажающее восприятие.

Ритуальные действия доведены до механизма, но в каждом чувствуется необъяснимая неестественность.

Скорпиус завороженно стоит перед зеркалом, всматриваясь в парня перед ним, и ему кажется, что он наблюдает в ответ. Знает что-то наперед, но не пытается предупредить.

Спальня представляется достоверно выстроенной декорацией, и Скорпиус плывя, по ней, поднимает с тумбочки книгу и открывает на случайной странице. Буквы без проблем складываются в слова и будто посматривают на него, перешёптываясь, мол, а что ещё он от них хотел?

Убедиться, что не спит.

Во сне невозможно ничего прочесть.

Но голоса продолжают доноситься сквозь звукоизолирующую завесу, даже когда он входит в Большой зал, взрывающийся возбуждением перед предстоящим матчем.

Вчера первый снег, сегодня важная игра. Вся школа позволила себе отдаться в объятья беззаботному детскому восторгу. Столы накрыты поистине праздничными блюдами, заполняющими зал ароматами выпечки, сахарной пудры и какао. На заколдованном небесном потолке ни облачка. И всё так приторно-сладко-воздушно, что настораживает Скорпиуса ещё больше.

Будто стоит протянуть руку, и сияющее марево развеется, обличив покрытые паутиной стены, сгнившие фрукты, изъеденные личинками, и покрытые пылью рассаженные за столами манекены с остекленевшими глазами.

Скорпиус не притрагивается к еде, брошенной в тарелку для видимости, обойдясь безвкусным тыквенным соком. И взгляд друга периодически скашивается на неё, но закономерных для Альбуса вопросов не следует. Определенно, сон.

Скорпиус на миг выныривает из забвения, хватая воздух, и обнаруживает себя в колоне спешащих занять места учеников. Подстегивающее коллективное волнение не даёт возможности опомниться, неумолимо подгоняя его к величественным башням в потускневших цветах факультетов.

На поле пока никого нет, зрители рассаживаются кто где, постепенно заполняя трибуны под общий радостный галдеж. И только Скорпиус слышит незаметно струящуюся через ничего не подозревающую толпу печальную подавляющую мелодию.

Скорпиус обращает взгляд на смотровую башню, где профессор Трелони не без доли присущей одержимости что-то расписывает директрисе, активно размахивая руками и поправляя съезжающие очки, будто подтверждая его опасения, но в итоге обе женщины начинают сконфуженно смеяться — видимо, над чем-то неприличным. И если уж главная прорицательница Хогвартса не видит поводов для беспокойства, то Скорпиусу тоже надо отогнать от себя эти эмоции. Ведь так? Не может же он один быть таким гиперчувствительным.

— Слишком тихо, да? — Тонкий голосок выбрасывает Скорпиуса из мыслей на берег. Он фокусируется на примостившейся рядом Лили. Она едва ли достает ему до плеча и в шапке, натянутой почти на брови, похожа на садового гнома, но выбивающиеся из-под неё яркие солнечного цвета волосы одаривают нужным в данный момент теплом. Тем не менее, Скорпиус красноречиво обводит стадион, намекая, что последнее подходящее под описание слово — это тишина. — Так и есть, беруши бы не помешали. Но я не об этом. Словно само поле затаилось…

— Ты тоже это чувствуешь?

— Да. Иногда. И когда чувствую, бывает, происходит что-то нехорошее.

— Может, тогда стоит уйти, чтобы не видеть… — сам себе шепчет Скорпиус.

— Мы там, где должны быть! — Совершено уверенно заключает Лили. — Просто знай, что ты не одинок. Ты, я, Тедди… — Скорпиус вертит головой, вылавливая совсем недалеко облокачивающегося на ограждение кузена, с совершенно непроницаемым выражением гипнотизирующего середину поля. И Лили поясняет. — Он переживает за Мари-Виктуар. Нам всем есть за кого переживать, так?