— Он значит для тебя больше, чем твой мир?
— Бог покарает меня, если я когда-нибудь попытаюсь вот так его использовать, — сказала она.
— Но если Рошфор благородный человек, он не сможет обмануть твое доверие. О чем же тогда тебе беспокоиться?
— Я не собираюсь ронять перед ним свое достоинство, — сказала Хрилл.
— Перед этим-то птичьим пометом? — едко заметил Драун.
Взгляд ее метнулся в его сторону, а рука — к лежавшему на столе ножу.
И Драун отступил:
— Ладно, ладно, — пробормотал он.
Повисло тяжелое молчание. И когда оно, наконец, было нарушено, все почувствовали облегчение.
Кто-то постучал в дверь. Аринниан открыл ее. За дверью стоял Рошфор. За его спиной маячила лошадь и цирраукх. Он тяжело дышал, и сквозь смуглость его кожи проступала бледность.
— Вы вернулись слишком рано, — сказал Аринниан.
— Айат… — начал Рошфор.
— Что? — Аринниан схватил его за плечи. — Где она?
— Не знаю. Мы скакали, разговаривали… Внезапно она вскрикнула! Крис, я никак не могу забыть этот крик! Она сорвалась с седла, взмахнула крыльями и исчезла за вершинами деревьев раньше, чем я успел ее окликнуть. Я… я ждал, но…
Табита подошла к ним. Она хотела оттолкнуть Аринниана, но, заметив, с какой силой его пальцы впились в руку Рошфора, отступила.
— Фил, — тихо сказала она, — дорогой, подумай! Она, должно быть, услышала что-то ужасное! Что это было?
— Не могу понять. — Землянин поморщился от боли в руке, которую все еще сжимал Аринниан. — Она попросила меня описать космический бой, мои впечатления. Я рассказал ей о последнем бое перед нашей высадкой. Помните, я рассказывал вам то же самое.
— Может быть, ты ей рассказал о чем-то, чего не знаю я?
— Кажется, я не говорил тебе о том, как выглядел итрианский корабль, который был сбит своими же, но Айат попросила меня это сделать.
— И что же?
— Я сказал ей. Разве не нужно было?
— И как же он выглядел?
— На гиперболическом изгибе были три золотые звезды.
Аринниан выпустил Рошфора. Кулак его опустился на лицо землянина, тот покачнулся и упал. Аринниан выхватил было нож, но овладел собой. Рошфор, ничего не понимая, сел. Из разбитой губы текла кровь.
Табита опустилась возле него на колени.
— Ты не мог знать, дорогой мой, — сказала девушка. Она сама едва держала себя в руках. — То, о чем ты ей сообщил, было известием о смерти ее возлюбленного!
Ночью поднялся ветер. Поплыли облака, бросая сине-черные тени на плывущую среди них Моргану. Там и здесь лениво поблескивали звезды. В темноте шелестел прибой, и деревья отвечали ему глухим ропотом. Холод заставил людей одеться теплее.
Рошфор и Табита медленно брели среди дюн.
— Где она? — подавленно спросил землянин.
— Ей нужно побыть одной, — ответила она.