Танковый удар: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

26 декабря к Миллерово подошли первые части 6-го гвардейского стрелкового корпуса. К этому моменту в городе оборонялся 144-й полк 3-й горнострелковой дивизии и два полка 304-й пехотной дивизии, а также батальон 62-й пехотной дивизии и батальон дивизии СС «Рейх». По нашим данным, в районе Миллерово находилась группировка численностью около 14 тысяч человек при 45 танках, 95 орудиях и 90 минометах.

Оперативная сводка ОКХ констатировала:

«Натиск противника на Миллерово усиливается. Части противника, просочившиеся западнее Миллерово, отбиты группой фон Ланкена, находившейся в готовности к боевым действиям в данном районе. В пойме р. Камышная к северо-западу от Миллерово отдельные группы противника продолжают оказывать сопротивление»[70].

Севернее Миллерово продолжались ожесточенные и безуспешные бои за Гартмашевку и Чертково. Хотя вокруг Чертково не было плотного кольца окружения, основное снабжение сюда доставлялось только по воздуху. По данным Э. Корти в городе находилось 7600 итальянцев; количества немцев он не называет. Согласно журналу боевых действий 298-й пехотной дивизии, на 1 января 1943 года общая численность гарнизона «шютцпункта» составляла 10 000 немцев и 6000 итальянцев; те же данные 7 января были отправлены управлению снабжения группы армий «Б». На основании описаний Корти можно предположить, что не все из итальянцев оказались поставлены на довольствие.

Согласно показаниям пленных, гарнизон города состоял из остатков трех итальянских дивизий и четырех немецких полков. 25 ноября начальником «боевой группы» стал командир 140-го моторизованного полка 27-й танковой дивизии полковник Мэмпель, а на следующий день общее командование гарнизоном Чертково принимает на себя генерал-майор Желинский. Столь быстрая смена командования привела к тому, что в немецких источниках гарнизон Чертково фигурирует под разными именами — хотя вплоть до середины января в документах он проходит именно как «группа Геллера».

Первоначально Чертково было полностью окружено и оказалось деблокировано только 29 декабря, когда сюда с запада прорвались части 19-й танковой дивизии, выбившие советскую пехоту из Стрельцовки в 20 км западнее. Однако в последующие две недели коммуникации немцев в районе Стрельцовки продолжали оставаться ненадежными.

В целом станция Чертково оказалось крепким орешком для советских войск, хотя отсутствие аэродрома и ненадежность наземных коммуникаций вынуждали немцев снабжать его гарнизон с воздуха, сбрасывая контейнеры с продовольствием и боеприпасами. Это отвлекало значительные силы транспортной авиации от снабжения Сталинграда; вдобавок контейнеры часто взрывались или же попадали к советским войскам.

На 7 января, по данным Лео Нейхорстера, гарнизон Чертково имел следующий состав:

• Остатки 298-й пехотной дивизии (298.ID).

• Остатки Дивизии «Торино» (Tie. Torino).

• Остатки дивизии «Пасубио» (Tie. Pasubio).

• Бригада чернорубашечников «3-е января» (Вг. 3. Januar).

• Бригада чернорубашечников «23-е марта» (Tle.Br. 23. Marz).

• 201-й батальон штурмовых орудий (St.Gesch.Abt. 201).

• 127-й моторизованный батальон (Schn.Abt. 127).

• 654-й батальон истребителей танков (PzJgAbt 654).

• 13-я рота истребителей танков (PzJgKp 13).

• 12-я рота истребителей танков (PzJgKp 12).

25-й танковый корпус генерала Павлова мы оставили в районе Кашары, откуда он в ночь на 21 декабря возобновил наступление в направлении на Морозовский. Однако по мере приближения к Морозовскому сопротивление врага непрерывно возрастало. Пытаясь сдержать стремительное продвижение наших подвижных частей, противник выдвинул на рубеж реки Гнилая отряды прикрытия, в задачу которых входило обеспечить подготовку оборонительного рубежа по высотам на северном берегу реки Быстрая, где сосредотачивались остатки 29-го немецко-итальянского корпуса.

В течении дня 21 декабря передовые отряды корпуса с боями прошли Фомино-Свечниково, Первомайское и Твердохлебовку. В ночь на 22 декабря внезапной атакой с зажженными фарами танкисты 11-й танковой бригады заняли совхоз Гусаровский (17 км юго-западнее Милютинской), где были взяты пленные 8-й немецкой авиаполевой дивизии.

Таким образом, за сутки корпус вновь преодолел расстояние в 50 км. В ходе этих боев был разгромлен отходивший на юг батальон итальянской дивизии «Сфорцеска», а танкисты 162-й танковой бригады освободили около 2000 наших пленных солдат. Несли потери и наши войска — в бою 21 декабря погиб командир передовой 16-й мотострелковой бригады подполковник В. Н. Шулькин.

21 декабря двигавшийся восточнее 1-й гвардейский механизированный корпус 3-й гвардейской армии своими передовыми частями (1-я мехбригада) еще находился в районе Пономарева, в 50 км севернее Гусаровского, ведя бой с 306-й пехотной дивизией противника. Начиная с 24 декабря механизированный корпус Руссиянова действовал в тесной связи с танковым корпусом Павлова.

Однако утром 22 декабря юго-восточнее Гусаровского танкисты Павлова были встречены отрядом мотопехоты противника с артиллерией и миномётами. Немцы заранее оседлали дорогу и из засады обрушились огнём на наш передовой отряд. Бой длился 3 часа. С подходом новых сил корпуса сопротивление противника было сломлено, при этом враг понёс большие потери — была уничтожена штабная колонна из 60 автобусов, взято в плен 30 офицеров и унтер-офицеров (судя по всему, итальянцев).

Преодолев рубеж реки Гнилой и пройдя еще 15 км, к исходу 22 декабря передовые отряды корпуса вышли к Урюпину, где опять встретили серьезное сопротивление. Завязался новый бой. В это время сюда же подошла отходившая из Милютинской на Урюпин неприятельская колонна, также развернувшаяся для боя и открывшая огонь по нашим частям.

Тем временем остальные части корпуса растянулись в длинную колону далеко позади, а его главные силы еще только вошли в поселок Первомайское на реке Большая, в 50 км (!) к северо-западу от Урюпина. Такая ситуация, вызванная нехваткой автотранспорта, отчасти сыграла и положительную роль — корпус превратился в подвижный заслон, препятствующий отходу на запад войск противника, разбитых в районе Астахова и Боковской. Так, 22 декабря в районе Первомайской наши танкисты разгромили остатки 11-й румынской дивизии, отступавшей из района Кружилина; командир дивизии генерал Неделя был взят в плен.

Бой за Урюпин продолжался всю ночь и первую половину следующего дня, закончившись лишь после полудня 23 декабря. Подразделения противника отошли в направлении Морозовский. К этому моменту передовые части 1-го гвардейского механизированного корпуса еще находились на рубеже предыдущей реки — Березовая, заняв села Степано-Савченский и Слобода Селивановская в 35 км севернее Урюпина. Таким образом, танкистам Павлова фактически пришлось в одиночку принять на себя первый удар немецких резервов, выдвигаемых с юга и перебрасываемых с котельниковского направления.

Заняв Урюпин, передовые части 25-го танкового корпуса еще немного продвинулись вперед, однако утром 24 декабря был, окончательно остановлен, врагом. За этот день выдвинувшиеся из Морозовского части противника (до полка пехоты и батальон 8-й авиаполевой дивизии, переброшенный из района Тормосина) при мощной поддержке авиации произвели до 10 контратак, стремясь отбросить наши танковые части на север. Все атаки были отбиты, противник понёс большие потери, но дальнейшее продвижение 25-го танкового корпуса на Морозовск было остановлено. Лишь к этому моменту в район боев наконец-то вышли основные силы корпуса. Но было уже поздно — противник тоже успел подтянуть резервы и создать прочную линию обороны.

За семь дней наступления танковый корпус генерала Павлова с боями прошел свыше 200 км, уничтожив и пленив при этом более 10 000 солдат и офицеров противника. В числе убитых оказались один итальянский и два немецких генерала, еще один румынский генерал был захвачен в плен. В ходе боёв танкисты сбили 5 вражеских самолётов, уничтожили 60 танков, 208 орудий и захватили большие трофеи. Однако дались эти победы нелегко — к концу наступления в 25-м танковом корпусе осталось всего 12 танков.

25 декабря восточнее 25-го танкового корпуса на этот же рубеж, выбив противника из района Милютинской, вышли части 1-го гвардейского механизированного корпуса. Тем самым было создано некое подобие сплошного фронта по линии Урюпин, Нагорная, Пришиб в 10 км севернее железной дороги Тацинская — Сталинград. На следующий день дивизии правого фланга 3-й гвардейской армии (197-я и 278-я), пройдя севернее, пересекли маршрут движения 25-го танкового корпуса и заняли оборону от Никольской до Ильинки. В районе Скосырской временно образовалась брешь, куда выдвигались немецкие части, перерезавшие связь с Тацинской и с действовавшим там 24-м танковым корпусом.

На долю 24-го танкового корпуса генерал-майора В. М. Баданова в этом сражении выпали наибольшие испытания и наибольшая слава. Корпус имел своей задачей захват Тацинской — одой из двух основных авиабаз, с которых противник осуществлял снабжение по воздуху окруженной в Сталинграде 6-й армии. Для этого надо было пройти по тылам противника свыше сотни километров, преодолеть несколько рек (часть которых еще недостаточно замерзла, чтобы выдержать переправу танков), при этом сохранив силы корпуса не только для удара, но и для последующей обороны захваченной базы.

[70] Сталинградская битва. Хроника, факты, люди. Книга вторая, стр. 292.