- Заклинь, - бросил Монтрез, - кинжалом или, лучше, камнем. Если что, я эту дверь, конечно, вынесу. Но не уверен, что потом не придется выносить нас. По кускам. Все же скала, которую грызли сотни лет... Если она решит осесть от взрыва, я ее пойму. И даже осуждать не стану, любому терпению есть предел.
Все это напоминало детскую страшилку: в черной-черной горе есть черная-черная пещера. В этой черной-черной пещере есть черная-черная комната. А в черной-черной комнате... Вот тут облом - сейф оказался светлым, с отчетливым металлическим блеском. Здоровая дура в человеческий рост, намертво вмурованная в камень.
- Я могу попытаться разрезать двери, - в сомнении протянул Маркиз. - Но не уверен, что внутри нет охранки, которая, при попытке открыть ее без ключа, уничтожит все содержимое.
- Я сильно удивлюсь, если ее нет, - согласился Кот.
- Молодежь, - фыркнул Катиаш, - отошли в сторону. А лучше - оба за дверь. Справлюсь -позову.
И уверенно положил пальцы на литую поверхность.
- Ты еще и по сейфам специалист? - изумился Маркиз, - А мама знает?
- Моя женщина знает обо мне ровно столько, сколько должна знать, - Катиаш сделал знак кистью, резкий и повелительный. Раньше Маркиз такого не видел, но как-то сразу понял: ему ПРИКАЗАЛИ заткнуться и не мешать специалисту работать.
Он хотел возмутиться и напомнить о субординации, но Эшери послушно шагнул к дверям. Вассал мгновение подумал - и последовал за сеньором.
Со своего места Маркиз мог видеть в тусклом свете амулетов лишь резкий, "птичий" профиль отчима. Острый подбородок, нос с горбинкой, нехарактерной для здешних пастухов. И слишком высокий лоб... Если Катиаш - местный крестьянин, то Маркиз - песчаный суслик. За кого же так поспешно выскочила его мама?
Чуткие, длинные пальцы без труда нащупали выемки, легли в них как-то очень привычно, словно делали так сто и один раз... Маркиз уже не удивлялся.
Катиаш выдохнул и последовательно надавил всеми пальцами, словно сыграл на клавикордах лишь ему известную мелодию.
На грани слышимости родился звук - неприятный, резкий. Похожий на вой шакала. С каждым мгновением он становился все громче, настойчивее, тревожнее.
Любой вменяемый человек, услышав его, немедленно бросился бы прочь... А вменяемый маг кастовал сферический щит и начал молиться. Ловушка активировалась - и пошел обратный отсчет. Теперь, если дверца сейфа не будет открыта вовремя - всем конец. Скорее всего -огненный. И это будет еще милосердно.
Маркиз оглянулся на сеньора. Эшери с жадным интересом наблюдал за стариком, прислонившись к косяку, и, кажется, пока никуда не собирался.
А Катиаш хладнокровно игнорировал опасность, продолжая подбирать свою музыку... Щелчок прозвучал, когда Маркиз уже мысленно раз шесть простился с жизнью. На литой поверхности образовалась щель. Тоскливый шакалий вой немедленно смолк.
- Готово, - старик отошел, уступая место у сейфа пасынку и командиру.
- Хорошая работа, кракер, - кивнул Эшери и нырнул в сейф чуть ли не с ногами.
Катиаш с Маркизом одарили друг друга одинаково удивленными взглядами.
- Кто такой кракер? - выпалил Маркиз.
- Откуда Его Светлость знает, кто я такой?
- Опа... - Кот вынырнул наружу, бутылочные глаза сияли, - Это мы удачно зашли! Здесь вся переписка Демона с штабом. Все приказы.
- Последний, - Маркиз потянулся вперед, - меня интересует последний.
- Похоже, Демон не успел его вскрыть, - Эшери острым стилетом вспорол конверт и спокойно высыпал под ноги зеленый порошок, убивающий мгновенно, даже при мимолетном касании... Времена, когда герцог Монтрез вскрывал корреспонденцию без перчаток, остались в далеком прошлом, вместе с деревянными лошадками.
"Иду на соединение со стороны Чианга. Со мной десять тысяч воинов. Через луну Кайора должна стать покорной, как прекрасно обученная наложница. Трауш". - Кот поднял голову, -Отправлен два дня назад, как раз, когда восстановилась связь. А Трауш... Это, часом, не тот самый луноликий принц, сын Священного Кесара?
- О как! - протянул Катиаш и хищно оскалился, - Может, ему еще и встать... в коленно-локтевую позу? А у этого луноликого луна не треснет?
В дверь постучали. Два раза быстро, потом три - с долгим перерывом. Хозяин единственного каменного особняка в квартале проснулся мгновенно - опасно это было, не открывать, когда стучат особым стуком.
Маленький, щуплый человечек быстро нашарил на спинке кровати пестрый восточный халат, завернулся в него, сунул ноги в тапочки и заспешил вниз.
Когда стучали в черную дверь - он открывал только сам. Иначе прислуги не напасешься.
На крыльце стоял незнакомый мужчина: высокий, почти на голову выше хозяина, темноволосый и темноглазый. С короткой бородкой. В темном, почти черном костюме и без оружия. Хотя это как посмотреть... Наверняка что-то было: нож на запястье или в сапоге, подвешенное на кончиках пальцев заклятье.