Посторонившиеся Керкеты молча смотрели на проходящих мимо щенков и, в шутку щелкнув у кого-то из них зубами перед лицом, получив в ответ равнодушный взгляд, дружно и уважительно закивали головами.
— Тратто, пойдем, — Керкет махнул сотнику и отошел в проход, где для них уже постелили по короткому половику их старой ивы, — садись. Кивнув, Тратто сел.
— Что это ты устроил?
Керкет взял принесенный им кувшинчик и разлил в две чашки. Тратто шевельнул носом и поморщился.
— Вашу гадость?
— Ты гость, — Керкет буквально проворковал и, умильно улыбаясь, протянул ее Тратто.
Сотник посерел, попытался что-то сказать и, обреченно махнув рукой, повторил за Керкетом.
— Я гость, — еще раз поморщился и, закрыв глаза, влил в себя содержимое чашки, малой чашки.
Следующие, как ему показалось, очень долгие мгновения он только открывал и закрывал рот, до хруста сжимал кулаки, как будто он ожесточенно душил кого-то и заливался слезами из выпученных глаз.
Внешне сочувствующе, а глубоко в душе катаясь по полу хранилища своей души, Керкет дождался, когда он закроет глаза и сунул ему чашку с водой.
— Так почему тебя?
Тратто, проплевавшись и утерев слезы, ответил.
— Я уже не годен для Ворот, хотя и ты и я знаем, что это не так. Что-то нехорошее происходит в Бооргузе. Но просто Разделка не для меня. Мне предложили этих, — он кивнул в сторону входа в Нору.
Нереис. Я и они не вернутся. Так было и так будет. Я доволен. Это лучше, чем стать фонарем или повязкой, что затаскают чумазые рабочие. Щенки хорошие, хотя это и странно, что сотня из них. Стараются.
Неожиданно даже для себя он усмехнулся.
— Мы тоже такие были.
— Все мы такие были, — почесавшись, Керкет добавил, — говори.
— Мне нужен поход во тьму нашего Бооргуза. Это не совсем то, но это лучше, чем никак. Хочу честно посмотреть в глаза Темного.
— Темного? — Керкет с невозмутимой мордой смотрел в сторону.
— Темного. Вайруна не получит меня.
— Хорошо. А они смогут, а то растеряем на радость Темникам?
— Не растеряем. Учу уже месяц.
— Это мало.
— Да, но они не плохи.
— Вызов, — Керкет слабо усмехнулся, — уверен?
— Да, зови своих.
Через полчаса в широком, ничем не занятом отнорке стояли стеной Керкеты и щенки сотни Тратто.
И не только они. Какими неведомыми путями новость разлетелась по Бооргузу, но толпа посторонних все росла и росла. Все новые и новые одиночки и малые группы, прибежав, растворялись в толпе, старавшейся поближе протолкнуться в тыльной стене отнорка. Там, освещенные парой шаров, принесенных из Норы Керкетов, напротив друг друга стояло четверо орков. Тратто с Ушем и Керкет со своим побитым десятником.
— Вызов?
— Да.