Силия не поняла откуда. Да и какая разница, если под плетеной из лозы крышкой таилось настоящее богатство: румяная курочка, хлеб, сыр, зелень, фрукты… Новоявленная лэра Брюс зажмурилась от греха.
— Составь мне компанию, лэри, — велел свекор. — Одному вроде как неудобно, а в компании оно как-то веселее будет.
— Я…
— Ешь уже. Надоела, — загремел посудой лэрд.
Решив, что ломаться не к лицу, Силия с аппетитом позавтракала и уснула.
Завтракали и в Разрушенном замке. Накрыт он был накрыт в малой столовой. Вышколенные лакеи скользили вокруг стола, оделяя хозяек и гостей яствами традиционной даганийской кухни. Никакой экзотики, никакой показухи. Сплошное благолепие. Единственной уступкой современной моде на еду и напитки был кофе. Да и им соблазнилась только молодежь. Лэра Каррлайл, старшие Брюсы и даже лэрд Гамильтон — самый что ни на есть заядлый кофеман, дружно вспомнили детство золотое и остановили свой выбор на классическом черном чае с бергамотом.
Все чинно, благородно, роскошно… и очень по-женски. "Вообще, — понял так и не справившийся до конца с удивлением Нэд, — сразу чувствуется, что в замке живут одни женщины. Даже портреты на… На них ведь исключительно дамы намалеваны. Кстати, о портретах. Надо бы присмотреться к жениху живописцу"
A вообще, Эдвард Грир до сих пор пребывал в растрепанных чувствах. Волшебство Разрушенного замка слишком сильно подействовало на него. Воистину легендарное строение, прав был дед. Взять хоть эту отделанную мрамором и нефритом столовую или выделенную ему спальню. Пожалуй, что у его величества опочивальня не столь помпезна, как та затканная алым шелком комната, в которой предстояло жить скромному обер-секретарю.
"Вот и верь после этого глазам своим… Что ж, зато лэри Карр не бедствует. Осел я, осел…" — философски вздохнул Нэд, сам на себя удивляясь, и подал знак лакею — даганская кровяная колбаса и впрямь была выше всех похвал.
Силия проснулась от того, что кто-то потрепал ее по плечу и позвал по имени.
— А! Что? — вскинулась девушка, едва не упав с лавки.
— Приехали, красавица, — придержал ее лэрд Брюс. — Глянь в окошко.
— Зачем? — спросонок Силия плохо соображала.
— На свой новый дом посмотри. Родовое гнездо, между прочим, — как ребенок надулся лэрд Мэйсон.
Силия зевнула, потерла глаза, отодвинула шторку, прикрывающую оконце, и пропала. Такой красоты она еще не видела. Рыжий словно лис, если только можно сравнивать масть зверя и цвет камня, замок высился среди поросших лесом и покрытых снегом гор. И сам он был частью горы. Гордый. Непобедимый. Раскинувший в стороны руки подъездных мостов. Прекрасный в своей строгости. Настоящий оплот жизни в океане холода, он дымил каминными трубами, стучал молотками в кузне, перекрикивался на разные голоса…
— Понравился тебе Старый камень, — догадался по ее виду лэрд Брюс. — Это хорошо, лэри.
— Очень понравился, — Силия не сводила глаз с приближающегося замка.
С нарастающим волнением следила она за приближающейся рыжей громадой и чувствовала страх, который застревал комком в горле, холодил ладошки, сводил с ума. Сейчас, вот сейчас она увидит того, кто на ближайшие пять, а то и больше лет станет ей мужем. Какой он? А ну как урод? Или немощный? А вдруг у него ноги не ходят? Руки сухие? Короста на лице? На всем теле? А ведь бывают еще и клещеногие, и всякие другие…
"Помоги, не оставь, Пресветлая" — молила Силия, всерьез прикидывая, как бы сбежать подальше от Брюсов. "Может в монастыре лучше было бы?" — помертвела, поняв, что уже все… опоздала. И нету исхода — подъемный мост остался позади.
— Что это ты побледнела? — полумрак кареты не помешал лэрду Мэйсону разглядеть состояние невестки и встревожиться.
— Укачало, — прошептала Силия. Голос пропал.
— Ох, уж мне эти девы, — заворчал свекор и полез в карман. — Держи нюхательные соли, фиалка нежная.
— Спасибо, — молодая едва сдерживала слезы, прислушиваясь не к человеческой речи, а к звуку захлопнувшихся ворот. Все, она в западне.
А окаянный Брюс все не унимался, не давал покоя прощающейся с жизнью девицей.
— Лерой, сынок, глянь, кто приехал, — настежь распахнув дверцу кареты, заорал этот варвар.
Послышались стремительные шаги, свет заслонила чья-то тень… Силия зажмурилась.
— Как есть фиалка, — постановил несносный как все Брюсы лэрд Мэйсон. — А дома такая смелая была, разумная. Глаза-то открой.
Деваться было некуда. Набравшись храбрости, Силия распахнула глаза… Лерой оказался таким красивым, таким юным… На молодую жену он смотрел с таким восторгом…
— Пойдем, — Лерой протянул руку. — Я покажу тебе замок.
Силия ни минуты не сомневалась, подаваясь навстречу. С ним куда угодно. Только бы рядом.