— Лия проснулась, — сообщил ей Люсьен, он был у двери.
Тишина, а затем:
— Черт, так и есть. Я не обращал внимания.
Боже, вампиры, слышащие сердцебиение и дыхание, иногда действительно отстой.
Появился Люсьен. Он закрыл дверь и медленно подошел ко мне.
— Привет, — нерешительно произнесла я, проверяя его настроение. Голос был шершавым, как наждачная бумага.
Это был хороший ход с моей стороны. Выражение его лица было задумчивым, как будто он пытался решить, какое раздражающее, доминирующее вампирское наказание ко мне применить. Услышав мой голос, его глаза вспыхнули, затем смягчились, как и его лицо.
Он откинул одеяло и лег со мной в постель, хотя был полностью одет, в джинсах и облегающей черной футболке.
Он притянул меня в свои объятия.
— Когда ты понял, что я не сплю? — прохрипела я.
— В ту минуту, когда ты проснулась, — пугающе сообщил он мне в макушку. — А теперь не говори больше.
— Я в порядке, — возразила я, хотя по голосу это нельзя было сказать, но на самом деле я была в полном порядке. Я чувствовала себя, как обычно, за исключением того, что у меня немного болело горло.
— И не спорь.
— Но...
«Тихо, Лия». — Вторгся он в мой разум.
Большой, плохой, вампирский придурок!
«Я ненавижу, когда ты так делаешь», — огрызнулась я.
«Зачем тебе использовать свой голос, когда мы можем прекрасно разговаривать и так?»
В его словах был смысл. И все же, для пущей убедительности, я надулась. Уткнувшись ему в шею, он не видел, как я дуюсь, по крайней мере, я почувствовала себя от этого лучше.
«Расскажи мне о прошлой ночи», — приказал он.
«Что ты хочешь знать?» — Спросила я.
«Все», — ответил он.
Я вздохнула, затем сдалась. Нет смысла бороться с ним, он еще более упрямый, чем я.
«Мне снова приснился сон», — произнесла я и замолчала.
Поскольку я больше ничего не сказала, он сказал: «Это я уже понял».
Я продолжила: «Я до сих пор не помню, что мне снилось, но похоже, сон продолжался даже после того, как я проснулась».
«Как?»
Я покачала головой, но ответила: «Мне показалось, я знаю, что это прозвучит совершенно безумно, но мне показалось, что меня повесили».
Его тело напряглось. Конечно, я чувствовала и раньше, когда его тело напрягается, много раз, но в этот раз было совсем по-другому. Совсем по-другому.
«Люсьен?»