Катрина, скорее всего, пришла, противостоять Люсьену, но Лия попалась ей на глаза.
И было не важно, что Люсьен действовал наперекор законам, которым подчинялись все вампиры. Дело касалось безопасности Лии, которая была важна. Поведение Катрины было достойно осуждения, хотя Люсьен сам нарушал закон, не скрывая этого, он имел полное право, несмотря на то, что она была его парой, объявить на нее охоту и заставить ее сгореть.
— Она появилась на нашем пороге этим утром, готовясь к драке, — ответил Люсьен на вопрос друга.
— И она напала на Лию?
— Пыталась, да. Дважды.
Космо тихо присвистнул, прежде чем спросить:
— Боже правый, что ты собираешься делать?
— Если она продолжит в таком же духе, я позволю ей выплеснуть свой гнев на себя и пусть идет своей дорогой, чего я ожидаю, она сделает. Если она снова приблизится к Лии, я прослежу, чтобы она сгорела, — спокойно, но со смертельной серьезностью ответил Люсьен.
— Знаешь, Совет в курсе прошлой ночи. Не только от Катрины, но и от Нестора, который вчера был на Пиру, когда ты целовал Лию, — сказал Космо.
Люсьена это тоже не удивило, главным образом потому, что он видел, как Нестор наблюдал за ними.
— Я готов поговорить с Советом, — заявил Люсьен.
Космо полностью повернулся к другу, поставив свой напиток на стойку, наклонился ближе.
Чтобы не быть услышанным, он стал общаться мысленно, способность, которой обладал и Космо, поэтому спросил:
«И что ты им скажешь?»
«Они у меня в долгу, они разрешат мне иметь Лию», — ответил Люсьен.
«Да, думаю, что так и будет. Долг слишком долго не выплачивается, и им это неприятно. Однако им не понравится идея, что другие тоже смогут так делать. Это будет единственное подобное разрешение с момента подписания Соглашения. И они это сделают только в том случае, если ты намерен с ней только кормиться и трахаться. Но могут возникнуть у тебя с Советом проблемы, если ты возьмешь ее в качестве своей пары», — ответил Космо, Люсьен повернул к нему голову, удивленно глядя на друга.
«Почему ты решил, что я намерен взять ее в жены?»
«Все думают, что в конце концов ты так и поступишь».
«Отлично, но это не так», — отрезал Люсьен.
Он не собирался.
«Однако, — криво усмехнулся Люсьен, — может потребоваться вечность, чтобы сломить ее, считай, что это было бы то же самое».
«Я молю Бога, чтобы ты не наделал глупостей, Люсьен. — Космо ворвался в его мысли. — Если ты попытаешься сделать что-то подобное, это будет означать не только войну, но и охоту. Они будут тебя пытать, ты это уже пережил, но они также будут пытать Лию…»
Невольно, при мысли, что Лия может быть подвергнута пыткам, раскаленные клеймы, прижатые к ее гладкой коже, с корнем вырванные ногти, кислота, прожигающая ее прекрасное тело, живот Люсьена резко ухнул вниз, будто его ударили.
Его горящие черные глаза встретились с зелеными глазами Космо.
«Я собираюсь с ней только кормиться и трахаться. И собираюсь заняться ее укрощением. И намерен обладать ею так, как хочу, как бы долго это ни продолжалось после ее укрощения. Не на вечность», — четко заявил Люсьен и продолжил. — «Космо, послушай меня. Ты наставляешь на путь истинный любого, кто говорит иначе. Если Совет намерен расследовать, то пусть расследуют меня, а не Лию».
Космо внимательно посмотрел на своего друга и кивнул.
— Это Катрина пустила этот слух по пару? — спросил Люсьен вслух, решив, если бы она пустила такой слух, он выйдет на ее охоту этой ночью, не будет сидеть и ждать, пока она сделает еще что-нибудь невероятно глупое.
— Понятия не имею, откуда он пошел, — пробормотал Космо, потрясенный не тем, что Люсьен опроверг ходивший слух между вампирами, а его нескрываемой реакцией на ущерб, причиненный Лии.
Во-первых, Люсьен открыто не показывал свою реакцию всем подряд, если только он полностью не доверял собеседнику. А это означало не находиться под сотнями наблюдающих глаз на Пиру.
Во-вторых, его реакция выдала его чувства к наложнице, которая выходила за рамки простого укрощения.