Братья Худяковы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Набежавший с моря ветерок сразу «сдул» всю акустику: полет насекомых превратился в обыкновенное жужжание и тонкий писк, голос сделался такой знакомый и обыденный, перестал разливаться свободно в воздухе и упрямо возвращался обратно… Одним словом — сказка отлетела.

На небе появились кусочками белой ваты маленькие облака. Скоро они собрались на горизонте в большое белое облако, и от него потянулся узкий конус, который метеорологи называют «наковальней» — верный признак надвигающейся грозы.

И действительно, облако потемнело, надвинулось на горы, и Афанасий увидел себя на острове, окруженном со всех сторон облаками, как морем. Соседние горы тоже как бы плавали своими вершинами в этой бесформенной белой массе. Вот затянуло и вершины, и началась настоящая горная гроза. Все потемнело, и лишь молния освещала бледно-голубыми вспышками и небо и содрогнувшуюся от громовых ударов землю.

Полил тропический ливень, и завыл свирепый приморский тайфун…

Во время пантовки, конечно, бывали и курьезы.

Когда братья Худяковы были еще молоды, но уже считались хорошими стрелками и хорошими товарищами на охоте, старые промышленники брали их в свою артель на пантовку. Конечно, Худяковы охотно шли на это приглашение, так как желали учиться у старых охотников и, главное, узнавать заповедные охотничьи места в горах.

Однажды их позвал один старый охотник Егор Верещагин. Егор, вероятно, никогда не был хорошим охотником, но говорил о себе много, а что он был отчаянным лентяем, то это выяснилось в первую же с ним пантовку. Молодежь заметила, что Егор, одновременно выходя с ними из табора на охоту, возвращался всегда совершенно сухой, тогда как они являлись мокрые до бровей от утренней росы. На вопросы их он отвечал, что ходит всегда косогором, потому и сухой. Нужно сказать, что молодежь все-таки добывала панты, а Егор все приходил с пустыми руками, оправдываясь всякими случайностями. Конечно, ему было немного заботы о добыче, раз его артель работала хорошо.

Наконец, молодые охотники решили проверить своего «предводителя».

Оказалось, что Егор просто отходил от табора на 200–250 сажен, идя действительно сухим косогором, и где-нибудь в укромном месте заваливался спать. Выспавшись, являлся к табору и плел там разные небылицы… Тогда они у сонного выкрали винтовку и унесли ее в табор. Проснувшись и не найдя своего винчестера, Егор прибежал, как говорится, без ума в табор — все охотники были в сборе — и, волнуясь, рассказал целую историю: с ним на охоте встретились китайцы — жень-шенщики и попросили у него спички раскурить трубку, и в это время вырвали из рук у него ружье и, угрожая им, ушли!

— Версты две гнался за ними, но что поделаешь голыми руками против ружья! — с неподдельной горячностью, сверкая глазами и сжимая кулаки, кричал Егор.

Когда же молодые охотники, едва держась на ногах от хохота, подали ему его винчестер, то он тотчас же заседлал лошадь и уехал домой.

За ним так и утвердилось прозвище «косогором».

Был другой охотник, видимо, слабый зрением. Он из тех же побуждений и расчетов повел однажды молодых Худяковых на пантовку.

Повторилась та же история: молодежь бьет пантачей, а Петышин — так звали их ментора — все без добычи: то «мушку мелко подобрал»,[4] то какая-нибудь другая причина промаха и т. д.

Стали подозревать — может-быть он плохо видит. Спрашивали — отпирается, да еще их же насмех поднимает.

Однажды они попутно убили козла — близко к табору выскочил — и говорят Петышину: «освежуй — мы устали».

— У меня нож тупой — отвечает тот.

— Поточи, вот брусок. И подали ему горбушку сухого хлеба.

Петышин взял его, не разглядевши уже успел плюнуть[5]и начал водить по нему ножом, но тотчас бросил:

— Какой это, чорт камень, ничего не точит!

Молодежь стерпела на первый раз, а потом удрала с ним довольно злую шутку: выколотили из его винчестера мушку и спрятали ее себе в сумку.

На следующий день Петышин, ничего не подозревая, ушел опять на охоту. Слышали — стрелял. Возвратился с пустыми руками и стал подробно рассказывать, как на него выскочил пантач «с четырьмя концами», а панты вот «в руку толщиной»! Не торопясь он выцелил в него и «мушку хорошо подобрал», так что панты считал уж своими… Да какая-то веточка несчастная отвела пулю…

— И пантач убежал умирать в другое место — сквозь гомерический смех закончили молодые охотники его фразу и подали ему ту самую «мушку», которую он «так хорошо подобрал», стреляя в пантача.

Петышину тоже оставалось только сесть в седло и уехать, даже не простясь с молодыми зубоскалами.

А молодые «зубоскалы», собственно добрые и честные ребята, не могли простить ему не столько явную ложь, сколько его насмешки над ними, когда они просили его сознаться в своем недостатке.

А с Устином Худяковым был такой случай, который мог стоить ему жизни.

Он был на охоте за пантами. День выдался тихий, но не жаркий. Все на охоте шло благополучно, и не было ни малейшей причины к невеселым думам. А между тем он вдруг почувствовал такую тоску в сердце, какой он еще никогда не испытывал. Чувство это все усиливалось. Он уж начал бояться, не понимая причины этого. А так как у этих лесных людей на все случаи таежной жизни имеются свои приметы, то он вспомнил, что от такой тоски нужно пропеть известный ему псалом, и он запел. Лишь только раздалось его пение, как он услышал недалеко человеческий крик и металлический звук упавшего предмета…

Сейчас за винтовку и туда!..

Видит, стоит человек с вытянутыми руками, ружье подле лежит на земле. На человеке, как говорится, «лица не было», так что Устин едва его узнал — это был хорошо известный им охотник Иван Коростин.

Едва добился Устин от него человеческой речи. Оказалось, что он признал Устина за тигра, так как на нем была полосатая рубашка, цветом под тигровую шкуру, и приготовился уже выстрелить, да услышал человеческий голос!

[4] Обнизил прицел.

[5] Так при точке на бруске делают, если нет под рукой воды.