Я оглянулась на друида, подняв голову и непонимающе взглянув ему в глаза. К счастью, он хотя бы не выглядел обеспокоенным, а это значит, что ничего страшного пока что не случилось. Впрочем, и привычной придурковатой улыбки на его лице не было – оно скорее излучало полнейшую серьезность, что подталкивало меня довериться и пойти с ним.
– Иди, вороненок. Будут еще тысячи ночей, – улыбнулся папа, и я улыбнулась ему в ответ.
В его словах я могла быть уверена. Наверное, это единственный человек во всем мире, словам которого поверю без каких-либо сомнений и за которым пойду без малейших колебаний.
Встала и, отряхнув широкие штаны, пошла вслед за Хьялдуром через наш выросший всего за один вечер лагерь.
Мы петляли меж костров и палаток из шкур, и в это время я пыталась вглядываться в лица людей в темноте. Настораживало то, что никто старался не смотреть мне в глаза, но, впрочем, такое происходит уже давно, и удивляться здесь, в общем-то, нечему.
Широкая спина Хьялдура была словно маяк, за которым я следовала через полумрак, разгоняемый отблесками множества костров. Вскоре наш лагерь закончился, но мы все шли и шли вниз, к берегу, и дальше, уходя в темноту к отвесным скалам. Друид вел к месту, которое позволило нам продержаться здесь все это время – прямо из скалы, откуда-то из недр северной земли бил крохотный ключ. Свежая, ледяная вода бежала по камням, гладким от постоянного натиска, и эта маленькая струйка терялась, растворяясь в ледяном море. По сути, это было единственное место в округе, где мы могли брать пресную воду и, несмотря на слабый поток, пока ее хватало для того, чтобы люди не мучались от жажды.
Сейчас же у этого места собрались, помимо нас с Хьялдуром, еще двое. Разумеется, то были Офа и Кнуд Оденсон, глава второй группы беженцев. Они о чем-то негромко разговаривали между собой, но замолкли, когда увидели нас. Увы, но ни одного слова разобрать я не смогла.
– Майя, – Кнуд кивнул мне. – Честь познакомиться с соленым вороном.
– Так меня называют?
– Не притворяйся, что не знала, – вздохнул старик. – Твоя слава несется далеко впереди тебя самой, девочка. Отсюда и проблемы.
В почти что кромешной темноте кое-как нащупала рукой сухой валун, на который осторожно залезла и уселась. Разговор, видимо, предстоял долгий, а от того, что я промочила ноги, теперь слегка ныли икры.
– Проблемы, дядя Кнуд, меня преследуют с самого рождения, – протянула, скрестив руки на груди. – А ну как, попробуйте-ка с самого начала понимать все вокруг. Знаете, как стыдно было от груди кормиться?
Старик усмехнулся, и даже в темноте я увидела, как от этого забавно качнулись его связанные в узел длинные усы. Прокашлявшись в сжатый кулак, он продолжил:
– Разговор не о том, ворон. Проблемы у нас действительно серьезные.
– И поэтому вы позвали меня? – ухмыльнулась. – Хотите, чтобы я все решила? Опять?
– Бортдоттир, не наглей, – неожиданно холодно осадила меня вдруг Мудрая Офа.
– Простите? – переспросила я удивленно.
– Прощаю. – кивнула она. – Все проблемы свалились на нас из-за тебя в первую очередь, не забывай об этом.
– И какого же хрена я тогда здесь делаю? – меня этот разговор начинал уже порядком раздражать.
– Тише, успокойтесь обе, – пробурчал Кнуд в свои седые усы. – Мы позвали тебя как умного, думающего человека. Редкое качество среди нашего народа.
– Ошибаетесь, – едва ли не сквозь зубы процедила, сильнее обхватывая свои плечи руками.
Где-то вдалеке завыли волки. Темные облака на ночном небе медленно разошлись в стороны, продолжили свой путь на север, обнажая стальной серп ледяного месяца. Кнуд что-то пробурчал себе под нос, но никто не смог разобрать, что именно.
– Ситуация тяжелая, – наконец вздохнул он. – Захватчики с запада прошли по нашим землям с огнем и злыми намерениями. Мы потеряли не только множество добрых людей, но и земли, которые нас кормили.
– Ритуалы, – кивнула я.
– Это очень страшные, запретные силы, – Хьялдур положил руку мне на плечо. – Страданиями умирающих они приманили в наш дом злых духов из дальнего севера. Пройдет не меньше поколения, прежде чем человек снова ступит на эти земли.
– Ну, проблему с землями-то я могу решить… – неуверенно протянула и буквально кожей почувствовала взгляды, направленные прямо на меня. – Но что с захватчиками?
– Мы подобрали твоего отца на берегу, обескровленного и изувеченного, – вновь захрипел старик Кнуд. – Мы причалили к тому, что осталось от вашей деревни, когда увидели лагерь воинов Ярла Дургальфа…
Я прикоснулась к руке Хьялдура, и тот прошептал, наклонившись к моему уху:
– Это ярл Скагена, правитель наших земель.
– …однако… – Кнуд тяжело вздохнул и будто бы вытер ладонью пот со лба, несмотря на то, что было прохладно. – Нам приказали убираться из проклятой деревни. Плыть дальше.