Лёха — сокрушитель Вселенной: читать начало книги онлайн

Кваркглюонный Властелин Багровой Звезды Зла начал снова биться и извиваться в своём тесном узилище, источая волны ненависти ко всему сущему. Он терпеть не мог, когда над ним издевались (впрочем, сам он обожал издеваться над врагами), а этот герой-недоучка посмел показаться перед ним с обоссаными портками, да ещё и демонстративно проигнорировал. Сверхпроводящий Маркграф счёл это максимальным неуважением к своей высочайшей персоне. Тем более, посланник пока так и не осмелился доложить хозяину о своём недавнем поражении, так что Лёха, можно сказать, ещё походя сообщил врагу, что играючи расправился с Чёрным Приспешником.

Сам Лёха очнулся только на следующее утро. На этот раз не в свинарнике, а в светлой горнице, на толстой перине. Но голова болела ещё сильнее, чем в тот раз.

Он встал, сунул ноги в тапочки, одним глазом оглядел комнату, но внимание его сразу привлёк стоящий на столе кувшин, остальное Лёха счёл несущественным. Да и собственно, кроме кровати с периной, стола, окна и тазика для умывания в горнице ничего и не было.

Содержимое кувшина Лёха благоразумно понюхал перед тем, как употребить. Но это была самая обычная простокваша. Однако, подействовала она достаточно быстро, и Лёха скосил глаза вниз.

Здоровье: 4 %.

Опыт: 52.

Впрочем, процент здоровья быстро увеличивался, так что Лёха вытер молочные усы и молодцевато похрустел костяшками, готовый к новым подвигам. После вчерашнего казалось, что теперь ему больше ничего не страшно, и он готов абсолютно ко всему. Само собой, он ошибался, но Лёхина уверенность в себе редко соприкасалась со здравым смыслом.

Он обнаружил на столе записку, выведенную аккуратным каллиграфическим почерком, и прочитал по слогам.

«Проспишься — зайди».

Глава 18

Терминальная Стадия Топографического Кретинизма, Прикладная Геодезия и Картография

Лёха не мог сказать с полной уверенностью, проспался ли он, но крынка простокваши определённо дала результат. Ледовласый был настоящим вождём, по-отечески заботливым и предусмотрительным.

Вообще, Лёха с удовольствием бы завалился поспать ещё, но что-то ему подсказывало, что так делать не стоит. На спинке кровати висел его спортивный костюм, и Паладин с огромным удивлением обнаружил, что мастерку с трениками выстирали и погладили. Даже вывели застарелые пятна, которые украшали её ещё с прошлой жизни, а вместо кислого запаха пота костюм теперь источал тонкий аромат полевых цветов.

— Ну и дела, бля… — пробормотал Герой.

Он взял в руки мастерку, поднял на вытянутых руках. Над ней мгновенно всплыло системное сообщение.

Олимпийка «Adibosi».

Китайская подделка под олимпийку «Adidas». Но защищает точь-в-точь как оригинал.

Часть легендарного сета [1/2].

Физическая защита: 1.

Магическая защита: 1.

— Чё за олимпийка, бля? Всю жизнь мастерка была, — буркнул Лёха, натягивая предмет одежды на голое тело.

Трико разглядывать не стал, просто обшмонал карманы, убедился, что сигареты и семечки на месте, и тоже натянул на себя. Провёл рукой по отросшей щетине, вяло чертыхнулся, мол, бритву надо бы раздобыть, но пока устраивало. Хотя ещё через пару дней начнёт расти клочковатая козлиная бородка и жидкие усики, которые Лёха ненавидел лютой ненавистью.

Лёха заглянул в пустую крынку, сунул записку в карман и вышел в коридор, медленно понимая, что он совсем не представляет, где находится, и как пройти к Вождю, не знает. И в коридоре, кроме него, больше никого не было, так что и поинтересоваться не выйдет. Он поглядел по сторонам, пожал плечами. Почему-то вдруг вспомнилось ощущение из детства, когда он с мамкой ходил по лабиринтам какой-нибудь областной больницы, где почти нереально понять, где ты находишься, пока не спросишь у кого-нибудь из местных.

Он решил пойти направо. Тапочки громко шлёпали по пяткам, и гулкое эхо разносилось далеко вперёд. Коридоры замка, конечно, сильно отличались от бетонных лабиринтов советских больничных корпусов. Вместо плакатов с пропагандой своевременной вакцинации или ликбеза по каким-то болезням здесь на стенах висели портреты, вместо треснувшего кафеля на полу лежали толстые ковры. Но ощущение всё равно оставалось похожим.

— Бля, да где хоть кто-нибудь, — хмыкнул Герой.

В очередной раз уткнувшись в тупик, Лёха понял, что окончательно заблудился. Почувствовал, как начинает нервничать, выудил из кармана мятую пачку сигарет, открыл дрожащими руками, закрыл, сунул обратно. Курить хотелось так, что уши в трубочку сворачивались, но Лёха пока терпел и последнюю сигарету не тратил.

Хотя мыслишки приходили разные, мол, если водку делают, то и табачок должен найтись. Лёха отчаянно желал, чтобы табачок в этом мире существовал, но природная недоверчивость и истинно русский фатализм, присущие каждому нормальному пацану, говорили ему не надеяться на лучшее.

Какой там табачок, выбраться бы из этих бесконечных коридоров и переходов. Ощущение было такое, будто каждая следующая дверь ведёт в иной подпространственный карман, нарушая законы физики, а сама крепость перестраивалась на ходу, делая всё, чтобы запутать Лёху.

— Бля, хоть повесили бы карту… — буркнул Паладин, и внезапно перед глазами вспыхнула непрозрачная схема, будто нарисованная на плотном пергаменте.

На появившейся карте маленькой стрелкой отображался сам Лёха, а весь пройденный путь зарисовывался сам по себе. По карте было понятно, что это не какая-то неведомая сила в крепости водит его тайными тропами, а просто Лёха сам дурак и заблудился в трёх соснах. Всего-то пропустил нужную дверь и пару раз свернул не туда.

Все важные места были подписаны корявым Лёхиным почерком: «бальшой каридор», «кухня», «толкан», «зал», «лесница», «оружейка». Даже ему теперь не составило труда разобраться в схематичных изображениях, понять, где он находится, и куда теперь нужно идти.