— Угрожаешь?
— Просто напоминаю.
— Не твоя печаль! Иди сюда… Неужели забыла ночи бессонные, ночи безумные?
— Забыла.
— А я напомню. Ты — мне, а я — тебе. Напомню, Алабала!.. Еще не вечер, жизнь еще не кончилась. Плыви, моя гондола, озарена луной! Пройдет месяц, максимум два, и я снова буду гулять, как прежде… и гад буду, если тебя не вытащу на свет… к жизни! Ну… иди же ко мне!
— Пусти руку!
— Тогда по-хорошему!
— Серый, хоть раз в жизни пожалей меня… Что было — прошло. Если ты ко мне прикоснешься, я убью себя. У меня есть муж!
— О да! У вас любовь! Он любит тебя, а ты его!
— Я — люблю…
— И на здоровье! А пока — прощальный бал! Иди ко мне!
— Ты плохо шутишь. Я на все способна, ты не смотри, что я стала тихая.
— Считаю до трех… я ведь тоже только на вид добрый.
— Хоть до тысячи! До миллиона!
— Смотри… я начинаю сердиться.
— О себе беспокойся!
— Раз… ты мне зубы не заговаривай, поняла? Два… Это значит — два раза! Три… три раза, ясно?.. Ага, попалась наконец!
— Не смей!
— Посмею, тебя не спрошу… А-а, ты кусаться! На тебе! На! На! На! И еще! На! На!.. Хватит или добавить? Ну, по-хорошему! И утри мурло… в крови вся!
— Нет!
— Нет?
— Нет!
— Ах, девка… нет, ты не вырывайся… Я вот что подумал: ты рассталась с прошлой жизнью, и это очень красиво… но память… надо тебе оставить знак… Где тут спички были? Ага, вот они!..
— Что… ты хочешь делать?
— Не бойся… глаза не трону… тем более что ты должна сама все увидеть… маленький костер. Интересно, кровать будет гореть или нет? А если ее керосинчиком… вот так? Смотри, Алабала! Так горят все святыни!
— Не будет гореть!..
— Ну почему же… горит понемножку… Ах, прекрасно — любовь на ложе, объятом пламенем… как в индийском кино… О-о…
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
— Что же теперь будет?
— Не знаю… будем жить дальше.