— Привыкла… Да и кого бояться? Рыб? Лягушек?.. А люди здесь хорошие.
— Ну еще бы… Послушай, может быть, ты наконец присядешь? Я так устал, что даже и на этой допотопной кровати буду спать, как младенец.
— Ты ляжешь здесь… Я еще кое-что постелю, и тебе будет удобно и мягко.
— Ты что, с ума сошла?.. Неужели я проделал несколько сот километров, чтобы в итоге спать на циновке? Неужели у тебя хватит совести уложить меня на пол?
— На кровати сплю я и мой муж.
— Но ты ведь сама сказала, что лодка придет на рассвете!
— Да.
— Так что ж ты дурака валяешь?
— Здесь спим мы с мужем.
— И ты даже не позволишь обнять тебя, а?
— Извини, мне больно… вот я постелила… укроешься пледом… Да больно же, пусти!
— Ты ошибаешься, если думаешь, что я, как собака, лягу на рогожу. Это было бы уже слишком.
— Как хочешь… но на кровати сплю я и муж.
— К черту кровать и к черту мужа! Ты здесь совсем одичала, Глазунья. Очнись, ведь это я, я, Серый! Ну поцелуй меня… Тьфу, даже поцеловать не дает!
— Лучше расскажи, как поживает ваша компания.
— К черту компанию… Сядь ко мне на колени!
— Посмотреть, может, просохло…
— Ты свихнулась! Что просохло?.. Стой!.. Нет, она точно дернутая! Ополоумела баба! Ей про одно толкуешь, а она про другое! Или это я сошел с ума? Не тушуйся, Серый, все образуется… Ну как, просохло?
— Зря ты иронизируешь… потрогай сам. Видишь, шуршит, как бумага, даже пересушилось… теперь трудно будет гладить.
— Глазунья, уймись, а то я озверею! Какого дьявола?! Ты в самом деле или придуриваешься?.. Я здесь, перед тобой, я трое суток до тебя добирался, а ты… хватаешься за утюг! Брось, а то я его утоплю!.. Вот так!
— Напрасно ты это сделал. Придется мужу завтра доставать, а здесь глубоко… правда, у нас есть багор.
— Глазунья! Глазунья! Да сделай же ты со мной что-нибудь! Или ты хочешь, чтобы я… Так я могу, ты меня знаешь… Два раза так уже было… ты, надеюсь, помнишь?
— Перестань, мне больно.
— Ничего…
— Больно!
— Пускай… еще и знаки останутся!
— А ведь я тебя любила когда-то…
— Прости… сам не понимаю, что со мной делается… это здесь воздух такой.
— Смотри, как хорошо выстиралось. Пятен почти не видно.
— Глазунья, ей-богу, я чего-нибудь натворю! Вместо утюга на дно лягу… смотри, как луна высоко!