Стенание: читать начало книги онлайн

Вулфси же, эксперт Эдварда Коттерстоука, оказался высоким мужчиной с суровыми манерами и колючим взглядом. Я знал его как человека, который будет отстаивать насмерть техническую сторону вопроса в пользу своего клиента, хотя по-настоящему он никогда не лгал.

Эдвард Коттерстоук, повернувшись спиной к сестре, хмуро взглянул на меня и произнес сухим хриплым голосом:

— Ну, мастер законник, приступим наконец и засвидетельствуем очевидное? Ради этого я ушел с работы в ратуше — ну просто нонсенс.

Изабель сердито уставилась ему в спину, но ничего не сказала.

Эксперты подошли к стене и стали рассматривать ее с профессиональным интересом. Вошел слуга Воуэлл и бесцеремонно встал у двери, с несчастным видом глядя куда-то между братом и сестрой. И меня вдруг озарила мысль, что он, наверное, знает историю их семьи как никто другой.

Оба архитектора осторожно проводили руками по росписи на прилегающих стенах и тихо о чем-то говорили. Один раз они согласно закивали, и это встревожило как Эдварда, так и Изабель. Потом Адам, опустившийся на колени, чтобы исследовать пол, встал и, отряхнув брюки, спросил:

— Можно нам осмотреть соседнюю комнату?

Мы с Коулсвином переглянулись и кивнули. Эксперты вышли, и их голоса еле слышно раздавались в соседнем помещении. В гостиной же царило молчание. Дети покойной хозяйки дома так и стояли, отвернувшись друг от друга. Эдвард теперь смотрел на стенную роспись с явной грустью.

Через несколько минут архитекторы вернулись.

— Мы подготовим письменный отчет, но, я думаю, мы с мастером Адамом пришли к согласию, — сообщил Вулфси с торжествующим блеском в глазах. — Эту стенную роспись нельзя снять, не нанеся фреске непоправимого ущерба. Можете сами посмотреть из соседней комнаты, где штукатурка так усохла, что стена дала трещину, которая с этой стороны почти не видна, хотя, если присмотреться, ее можно различить. Если попытаться удалить деревянные крепления, штукатурка просто осыплется. Вы согласны, мастер Адам?

Эксперт миссис Слэннинг в нерешительности посмотрел на меня и сконфуженно развел руками:

— То же самое скажет вам любой человек, разбирающийся в строительстве. Тут двух мнений просто быть не может.

Я услышал резкий вдох Изабель, а на лице Эдварда появилась отвратительная ухмылка.

— Пойдемте, мы вам покажем, — пригласил Вулфси.

Мы прошли в соседнюю комнату, где на стене была ясно видна тонкая трещинка. Затем, вернувшись в гостиную и присмотревшись, мы заметили под росписью трещинку и с этой стороны тоже.

Коттерстоук улыбнулся и удовлетворенно заключил:

— Что ж, вопрос решен.

Я снова посмотрел на стену. Насколько я мог понять, Вулфси был прав. Архитектор, решивший во что бы то ни стало стоять на своем, мог бы возражать и изворачиваться, но Адам явно был не из таких. Коулсвин повернулся ко мне и сказал:

— Похоже, что так и есть, сержант Шардлейк. Стенная роспись всегда создавалась как часть домашнего интерьера и может существовать только в этом качестве. Таким образом, мы должны рассматривать ее как движимое имущество, неотделимое от недвижимого.

— Я бы хотел внимательно ознакомиться с отчетом экспертов, когда он будет подготовлен, — ответил я, чтобы выиграть время, хотя и знал, что такой отчет не вызовет сомнений.

Настояв на том, что выберет архитектора самостоятельно, Изабель обрекла свое дело на неудачу. И теперь все, даже Эдвард, посмотрели на нее. Она стояла с окаменевшим видом, глядя на фреску, такую старую, прекрасную и хрупкую, на это пережившее столько лет изображение родителей, брата и ее самой. Услышав заключение экспертов, она сперва мертвенно побелела, но затем, пока я наблюдал за миссис Слэннинг, лицо ее все розовело, и в конце концов бумажная бледность перешла в пурпурный багрянец. Женщина ткнула пальцем в бедного Адама и выпалила:

— Какую церковь вы посещаете?

Тот смешался:

— Думаю, это не ваше дело, мадам.

— Боитесь сказать? — Голос моей клиентки скрежетал, как напильник.

Тут вмешался Эдвард, подняв худую руку:

— Не отвечайте ей, сэр: она не в своем уме.

Изабель выпрямилась во весь рост, не отрывая гневного взгляда от Адама:

— Вы не отвечаете, сэр, но позволяете моему брату говорить с вами, хотя считается, что вы работаете на меня. У меня нет более сомнений в том, что вы еретик, как и мой брат, и этот адвокат! Вы тут все заодно!

Внезапно Эдвард Коттерстоук вышел из себя.