Стенание: читать начало книги онлайн

Парень сидел на своем обычном месте, на перевернутом ведре рядом с Бытием, и тихо разговаривал с конем, как он частенько делал. Слов мне было не расслышать. Когда моя тень в дверях загородила свет, подросток оглянулся и откинул с лица черные волосы.

Я непринужденно завел разговор:

— Мастер Броккет, похоже, очень рассердился на Джозефину.

— Да, сэр, — мгновенно согласился Тимоти.

— А раньше он когда-нибудь вот так же кричал на нее?

— Ну… Он любит, чтобы мы соблюдали порядок. — Паренек озадаченно посмотрел на меня, словно бы говоря: но это ведь так уж заведено.

— А ты, случайно, не знаешь, отчего эти двое враждуют между собой? Давай говори, я знаю, тебе нравится Джозефина! Если у нее возникла какая-то проблема, то я ей помогу.

Юный слуга покачал головой:

— Они, похоже, действительно недолюбливают друг друга, сэр, но я понятия не имею почему. Сначала все было нормально, но в последние месяцы Джозефина все время смотрит на мастера Броккета сердито, а он никогда не упустит случая ее отругать.

— Странно, — нахмурился я. — Ну ладно. Скажи, а ты подумал о том, что я тебе предлагал? О возможности отдать тебя в подмастерья?

Тут Тимоти заговорил с неожиданной горячностью:

— Я бы предпочел остаться здесь, сэр. Ухаживать за Бытием. Так не хочется покидать ваш дом… — Он покачал головой.

Мне вспомнилось, что, когда мы познакомились, Тимоти был беспризорником, уличным мальчишкой, жившим впроголодь. Мой дом оказался для него единственным безопасным местом, какое он знал в жизни. Но мне казалось неправильным, что мальчик его возраста не общается со своими сверстниками.

— Бояться совершенно нечего, — успокоил я его. — Я позабочусь о том, чтобы у тебя был хороший наставник и ты научился ремеслу. — Подросток испуганно смотрел на меня своими огромными карими глазами, и я продолжил, уже с некоторой долей раздражения: — Для мальчика твоих лет нехорошо проводить столько времени в одиночестве.

— Я один только потому, что вы отослали Саймона, — возразил он.

— Это обеспечит его будущее, как я хочу обеспечить и твое тоже. Не многим молодым людям выпадает такая возможность. Ну, что скажешь?

— Нет, сэр. — Парень повесил голову. — Спасибо, но я не хочу.

Я вздохнул:

— Мы еще поговорим об этом.

Тимоти не ответил.

Я пошел к себе в комнату, где Джозефина оставила хлеб, сыр, бекон и кружку пива, и сел за стол, чтобы поесть. За окном в саду было зелено и солнечно, а в дальнем конце беседка давала приятную тень. Прекрасное место, чтобы посидеть в одиночестве и привести мысли в порядок.

Тут я увидел на столе новое письмо от Хью Кертиса и распечатал его. Хью писал, что его повысили, перевели на постоянную должность в одном английском торговом доме и что теперь он думает о том, чтобы сделать карьеру купца. Дальше он сообщал мне последние антверпенские новости.

Два дня назад я познакомился в таверне с одним англичанином, и тот обрадовался встрече с человеком, который говорит на его языке. Раньше он несколько лет служил гувернером в Уилтшире, в одной богатой и влиятельной семье. Сам он придерживается радикальных религиозных взглядов, и работодатели, хотя и хорошо к нему относились, в конце концов испугались, что это может повредить им. Они дали ему денег и устроили его переезд сюда. Никак не могу понять, сэр, что же такое творится в Англии. Ну до чего странные настали времена. Надеюсь, Вам ничто не угрожает.

Мне подумалось, уж не отправились ли и трое друзей Грининга на материк. Эх, и как это я раньше не сообразил, что надо было проверить порты, а теперь уже наверняка слишком поздно. Я вздохнул и стал читать письмо Хью дальше.

Вчера я был в конторе в порту, и мне показали человека в темной одежде, который стоял среди других и смотрел на корабли. У него была длинная седая борода, а глаза на умном лице смотрели на всех настороженно и презрительно. Мне сказали, что это сам Джон Бойл, автор пьес, высмеивающих папу римского и многое другое. Если бы король поймал его, то сжег бы на костре. К счастью, инквизиция не смеет слишком вмешиваться в антверпенскую жизнь из-за торговли, хотя формально Нидерланды и находятся под властью Испании; однако говорят, что Бойл не слишком часто показывается на людях. Возможно, он экспортирует новые запрещенные книги в Англию. Потом Бойл повернулся и ушел. Я рад, что мне выпала возможность увидеть его.

«Джон Бойл, — подумал я, — желчный Бойл…» Этот человек и в самом деле был большой занозой для Гардинера и его приспешников. Ему повезло, что он сейчас находится в безопасности за границей.

Я пошел в сад, прихватив с собой перо, чернила, бумагу и графин вина, и сел в прохладе беседки. Тени уже удлинились, но воздух был еще теплым. Ну до чего же приятно вот так сидеть в тени, закрыв глаза.

Но мне нужно было привести мысли в порядок, и я стал составлять хронологию последних событий, начиная с написания королевой «Стенания грешницы» зимой. Она сказала, что только в июне показала законченную рукопись архиепископу Кранмеру в своих личных покоях и не согласилась с ним, когда тот посоветовал ей уничтожить книгу.

Потом, пятого июля, случилось первое нападение на жилище Грининга, которое засвидетельствовал Элиас. Его совершили два плохо одетых человека, у одного из которых было отрублено пол-уха. Затем, девятого числа, ее величество обнаружила, что рукопись пропала: ее украли в промежуток от шести до десяти часов вечера, пока Екатерина была у короля. Никто заранее не знал, что Генрих вызовет ее, и это означает, что кто-то дожидался удобного случая с дубликатом ключа наготове. Меня покоробило от мысли, что в окружении королевы есть человек, который следит за ней в ожидании возможности предать ее.

Итак, ключ. Екатерина все время носила его на шее, так что для кражи наверняка использовался дубликат. И его сделал либо замочных дел мастер, либо кто-то, у кого ключ хранился до того, как его отдали ее величеству. Завтрашний визит в замок Бэйнардс будет очень важен.