— Нет, с вами. Хотите посмотреть мой паспорт? Пристав как–то тупо и недоверчиво взглянул на Холмса.
— Ну, вас! — махнул он рукой. — Придет же в голову такая глупость!
Холмс громко и от души расхохотался.
Затем он с самой серьезной миной полез в боковой карман, достал из бумажника паспорт и подал его приставу.
Тот как–то трусливо взял рукой поданный ему лист, глядя с недоверием на Холмса.
Однако в этом взгляде можно было уловить не только недоверие, но и смущение.
Его взгляд, казалось, говорил:
— А чем черт не шутит! Вдруг взаправду он Шерлок Холмс?!
Между тем Холмс продолжал смотреть на него с самой веселой улыбкой.
Вот пристав развернул лист, взглянул на его содержимое и в безмолвном удивлении, открывши рот, уставился на Шерлока Холмса.
Эта дивная, достойная кисти художника сцена продолжалась с минуту.
Пристав до того опешил от неожиданности, что положительно не мог произнести ни слова.
Но вот он наконец пришел в себя и развел руками.
— Никак не ожидал! Вот уж никак не ожидал! — заговорил он, растерянно улыбаясь.
— Только не называйте меня по имени при других пассажирах, — попросил Холмс.
— Как угодно, как хотите! — поспешил ответить пристав.
— А с нашим пари? — усмехнулся Холмс.
— Ну, вот! — воскликнул пристав. — Стану я с вами пари держать! Ведь это я только со злости.
И хлопнув себя по коленкам, он добродушно проговорил:
— Вот рад–то я, что увидел вас! Читать–то читал и всегда восторгался вами! У меня про вас вся семья читает, сына из–за вас чуть было не выгнали из гимназии!
— Вот как?! — расхохотался Холмс.
— Ей–богу! Да теперь, я вам доложу, вы в такую моду вошли, что молодежь всех родных классиков перестала читать!
Пристав чего–то завертелся, потом надавил кнопку электрического звонка и, когда в кают–компанию вошел лакей, приказал:
— А ну–ка, милейший, дай–ка поскорей бутылочку холодненького Редерера и миндаля с солью!
И обернувшись к Холмсу, он пояснил:
— Никак не могу удержаться, чтобы не вспрыснуть такое знакомство. А… ведь чем черт не шутит! Может быть, другой господин (он указал, улыбаясь глазами, на меня) и есть ваш друг доктор Ватсон?
— Он самый, — ответил я.
— Прелестно! — воскликнул пристав. — Постойте, давайте же, господа, познакомимся! Имею честь представиться: Иван Николаевич Курабко.
Мы обменялись рукопожатиями.
Пока мы обменивались рядом взаимных любезностей, лакей принес бокалы и вино.