— Не передумала?
— Нет.
— Не самая… кхм… денежная профессия.
— А мне много и не надо. И потом, ты сам все время говоришь, что зарабатывать хорошо можно в любой области, если стать востребованным специалистом. А я стану таким. И я уже нашла подработку. Немного, но на жизнь хватит, если ты какое-то время с коммуналкой поможешь. А там я уже сама. Честно.
— Я верю в тебя, Лизок.
— Спасибо… братишка.
Да. Именно братишкой я себя и ощущаю рядом с ней. Не мужем, не любовником. Просто старшим братом, который заботится и присматривает. Только мозгов в свое время не хватило остаться в этой роли и не переступать границы, которые не стоило переступать. А теперь… Теперь все через *опу.
— Дань, а мы сможем… ну, не знаю, остаться друзьями? — она нервно теребит кончик смешной косички, с которой выглядит реально сущим ребенком. — Просто… Понимаешь, я же тебя люблю. Ну, как могу. Может, это и неправильно и так не должно быть, но я все равно привыкла к тебе и буду скучать. Ты же сможешь иногда звонить мне? Или она будет ревновать?
Я знаю, что Лиза совершенно искренна в своих словах. И что никакой подоплеки в них нет. И второго дна в ней нет. Эта девушка — искренний, добрый и очень светлый человечек. Но ей проще найти общий язык с животными и растениями, чем с людьми. Зря, зря я тогда решил, что наша светлая детская дружба может перерасти во что-то большее. Идиот. Только мучал ее все это время, а теперь сам мучаюсь.
— Лизок, конечно, ты можешь мне звонить. И если захочешь, будем даже видеться. Как друзья.
— Обещаешь?
— Конечно обещаю.
И, конечно, надо признаться во всем родителям.
Моим родителями и ее опекунам — тетке и дяде. Биологические производители Лизы развелись. Довольно давно. И девчонка внезапно оказалась не нужна ни отцу, ни матери. Они просто разъехались в разные города устраивать свою личную жизнь, оставив Лизу старшей маминой сестре. Как такое могло произойти, до сих пор не укладывается у меня в голове. Я видел тех людей всего один раз, на нашей свадьбе. И не постеснялся прямо там заявить, что не рад знакомству и что родителями Лизы считаю ее тетку и дядю, вырастивших ее. Я каждый раз дико бешусь, когда слышу, что моя номинальная теща в очередной раз названивает Лизе, чтобы пожаловаться на младшеньких деток, забыв при этом спросить у старшей дочери, как ей живется. Поэтому и квартиру, которую купил всего год назад, оформляю на Лизу так, чтобы ей не пришлось потом делить ее по суду с остальными родственниками. Ну да хрен с ними, кукушками.
Я в очередной раз проверяю свой телефон. Увы, абонент не абонент. Телефон Оли по-прежнему недоступен, а мои смс так и висят доставленными, но непрочитанными.
Придется просить об одолжении бывшую жену.
— Лиз, у меня просьба к тебе. Выручишь?
— Дань, ну что за вопрос? Конечно выручу.
Сегодня мне предстоит не просто очередной официальный «неформальный» ужин, а встреча в формате «с супругой». Из присутствующих — генеральный директор и один из акционеров итальянцев, приехавший на экскурсию и инспекцию финального этапа строительства линейной части трубопровода. С супругами, разумеется. Что это значит? Это значит, что я перехожу на иной, более высокий уровень общения с топ-менеджментом компании, в которой столь долго и упорно выстраиваю свою карьеру. Такой ужин является сигналом, что мою кандидатуру предварительно одобрили для дальнейшего продвижения, а теперь хотят заглянуть за фасад. Эдакие «смотрины» перед окончательным назначением. Отказаться нельзя, сослаться на плохое самочувствие жены тоже, прийти одному — моветон, признак дурного воспитания. А сказать, что я буквально только что развелся… Вообще не вариант.
И разумом понимаю, что так принято и что от этого никуда не деться, но одно дело, когда за деловым ужином ты говоришь на деловые темы и обсуждаешь тарифы, сборы, таможенные пошлины, услуги третьих сторон, перспективы добычи и общие мировые тенденции цен на «черное золото» чисто в мужской компании. Это просто и ненапряжно. И совсем другое дело сидеть в компании женатых — чаще всего давно и прочно — пар и лавировать в казалось бы ни к чему не обязывающей дискуссии о семейных ценностях, отношении к детям, уровне образования или медицины, последних новинках киноиндустрии и прочей ерунде. Как я успел убедиться, многие жены управленцев высокого уровня не просто холеные балованые дамочки, а вполне себе опытные психологи, тонко подмечающие детали, на которые мы, мужчины, подчас не обращаем внимания.
Мой генеральный знает, что я женат, но Лизу не видел ни разу. Информация о моем разводе еще не попала в отдел кадров. И мне бы проскочить этот момент незаметно, но… Черт его знает, с чего вдруг этот ужин назначен именно сегодня. И приходится работать с тем, что есть.
Та единственная, которую я хотел бы видеть рядом с собой на этом мероприятии, и кого я, не моргнув и глазом, представил бы в качестве супруги, после того вечера пятницы просто не отвечает на звонки и сообщения. Поэтому и приходится стискивать зубы, улыбаться и молиться, чтобы Лиза не забыла мои инструкции.
Странное дело, мне бы и в голову не пришло каким-либо образом инструктировать мою ведьму. Я уверен, что она умудрилась бы очаровать и вечно хмурого генерального, и его постоянно чем-то недовольную жену, и коротышку-итальянца с искусственным загаром и излишне жизнерадостной супругой. Олин живой ум вкупе с опытом работы в мультикультуральном проекте наверняка оставили бы неизгладимое впечатление на моих сегодняшних собеседников. А вот за Лизу я переживаю. Не ее уровень, не ее весовая категория, не те разговоры, в которые она может с легкостью включиться. Остается лишь надеяться, что у кого-то из них есть обожаемые домашние питомцы, и если мне удастся подвести разговор к этой теме, то Лизок покажет себя в наилучшем свете. Иначе так и просидит весь вечер как на иголках, контролируя каждое слово и жест и стараясь не подвести меня.
Бедная моя подружка. Опять я тебя подставляю. Прости. Это последний раз.
Я выдержу этот ужин, провожу до самой двери Лизу и поеду караулить свою неуловимую сирену. Если понадобится — простою, просижу, протопчусь всю ночь под порогом, но дождусь и заставлю поговорить со мной. Свяжу ей руки, заклею рот и буду говорить сам, чтобы она не заморочила мне голову в очередной раз.
Птица-гамаюн.
Русалка с колдовским голосом.
Заклинательница и укротительница голодных драконов.
Вам смешно?
А мне не до смеха.