Сказки английских писателей: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Извините, сэр, — сказал он двуглавому дракону, — наш король отрекся, и в данную минуту мы вам ничего не можем предложить, но если вы согласитесь сперва завернуть в Алексанассу за королевой, то к вашему возвращению мы приготовим новенького упитанного короля.

Произнося эти слова, премьер-министр весь содрогнулся, так как сам был очень упитанный.

Дракон, не промолвив ни слова, кивнул обеими головами, что-то проворчал той и другой пастью, повернулся к ним своим одним-единственным хвостом и поплыл по жидкой теплой дорожке, проделанной им в патоке.

В тот же миг король Билли сделал знак премьер-министру и Элизе, и те спихнули лодку в море. Билли впрыгнул в нее и оттолкнулся от берега. И только когда лодка отплыла уже метров на десять, он обернулся помахать Элизе и премьер-министру. Последний все еще был там и бодро копался среди вынесенных морем водорослей в поисках соломин, желая на свой лад отметить новый правительственный кризис, но Элиза куда-то подевалась. В ту же минуту сдавленный голос произнес:

— Я тут.

И — что бы вы думали? — это была Элиза: она держалась за планшир и с трудом разгребала густеющую патоку. Она наглоталась её вдоволь и вообще чуть не захлебнулась, так как её не раз накрывало с головой.

Билли поскорее втащил её в лодку и, невзирая на то что Элиза была вся липкая и коричневая, заключил её в объятия и сказал:

— Миленькая Элиза, ты самая замечательная, самая храбрая девочка в мире. Если мы останемся в живых, согласна ты выйти за меня замуж? Лучше тебя никого на свете нет. Скажи, что ты согласна!

— Конечно, согласна, — ответила Элиза, с трудом отплевываясь от патоки. — Лучше тебя тоже никого нет.

— Ну и чудесно! А раз так, ты берешься за руль, а я за парус, и попробуем вместе одолеть дракона.

И Билли поднял парус, а Элиза взялась за руль, и дело у нее шло совсем неплохо, особенно если учесть её липкое состояние.

Они нагнали чудовище примерно посредине пролива. Билли поднял свой ли-метфорд и выпустил все во семь пуль прямо в бок дракону. Вам и не вообразить, какое страшное пламя брызнуло из дыр, которые проделали пули. Но тут с берега задул попутный ветер, скорость у лодки стала во много раз больше, чем у дракона, тем более что пули ему совсем не понравились, и он замедлил ход, чтобы посмотреть, в чем дело.

— Прощай, моя миленькая храбрая Элиза, — сказал король Билли. — Хоть ты-то теперь в безопасности.

И, высоко подняв над головой перезаряженный ли-метфорд, он погрузился в патоку и поплыл навстречу дракону. Стрелять метко, когда плывешь, да еще в почти кипящей патоке, очень трудно, но его величество справился со своей задачей. Все восемь пуль попали в драконьи головы, и громадное чудовище закорпилось и задергалось, заклокотало и заскрежетало, взболтав все море, но в конце концов всплыло и закачалось на прозрачной и теплой поверхности патоки, вытянув все четыре лапы; потом закрыло все четыре глаза — и околело. Сперва закрылись глаза у свиньи, затем у ящерицы.

Тогда Билли что было мочи заработал руками и ногами и поплыл к берегам Плюримирегии. Патока была такой горячей, что, не будь он королем, он бы сварился. Но когда дракон стал остывать, патока быстро начала сгущаться, и плыть становилось все труднее. Если вам не хватает воображения, попросите-ка служителя ближайшего плавательного бассейна наполнить его патокой вместо воды, и вы скорехонько поймете, почему Билли вылез на берег своего королевства в полном изнеможении, не в силах произнести ни одного слова.

Премьер-министр все еще был на берегу. Он уже решил, что план Билли потерпел неудачу и дракон непременно съест его самого, как следующего по рангу, поэтому он притащил с собой целую охапку соломы, собираясь отметить это событие достойным образом. Он горячо обнял покрытого патокой короля, облепив его соломой до неузнаваемости. Однако Билли собрался с духом, взял назад свое отречение, а затем оглядел море. Посредине пролива виднелся дохлый дракон, а вдали, ближе к берегам Алексанассы, белел парус.

— Что теперь делать? — спросил премьер-министр.

— Принять ванну, — ответил король. — Дракон мертв, так что Элизу я заберу завтра. От алексанассцев ей теперь вреда не будет.

— Дело не в них, — отозвался премьер-министр, — дело в патоке. Ведь Алексанасса — остров.

Море заколдовал дракон, и без дракона никому никогда не расколдовать его. По такому морю на лодке не поплывешь.

— Ты так думаешь? — отозвался Билли. — Это мы еще посмотрим.

В действительности же он и сам понимал, что в Алексанассу на лодке не попасть, и потому с тяжелым сердцем побрел во дворец, где его ждала серебряная ванна. На отмывание и оттирание патоки да еще пополам с соломой ушла уйма времени, и под конец он так умаялся, что отказался от ужина. И хорошо сделал, потому что готовить все равно было некому. Несмотря на усталость, Билли спал плохо. Ночью он просыпался не один раз: его тревожило, добралась ли до берега его храбрая подруга, и он проклинал себя за то, что ничего не сделал, чтобы лодку не унесло. Но сколько ни ломал себе голову, возможности поступить тогда как-то иначе не увидел. Сердце у него щемило, так как, несмотря на свой хвастливый ответ премьер-министру, он не лучше нас с вами представлял себе, как пересечь густое море патоки, разделявшее его королевство и Алексанассу. Во сне он изобретал пароходы с раскаленными винтами и гребными колесами, а встав наутро с постели, сразу же выглянул в окно. Он увидел темно-бурое море, и ему ужасно захотелось повидать обыкновенное море серого цвета, соленое, волнующееся, с гребешками пены, какое всегда бывает дома, в Англии, и пусть себе дует какой угодно ветер и вздымаются какие угодно волны. Но сейчас ветер как раз полностью прекратился и темное море выглядело чересчур спокойным.

Съев на ходу вместо завтрака с десяток персиков, сорванных в дворцовом парке, король Билли бросился на берег к маяку. Море патоки вдоль береговой линии было абсолютно ровным и неподвижным. Билли взглянул раз, взглянул другой… и, проглотив последний персик целиком вместе с косточкой, помчался обратно в город. Он ворвался в скобяную лавку и купил пару коньков и бурав. Быстрее, чем я написала эти слова, он примчался опять на берег, провертел дырки в своих золотых каблуках, прикрепил коньки и покатил по смуглому морю в сторону Алексанассы. Дело в том, что патока, нагретая плывущим драконом до точки кипения, теперь охладела и затвердела, превратившись в ИРИС! В это же время Элизе при виде застывшей патоки пришла в Алексанассе та же идея, а поскольку она была королевой, то, естественно, умела отлично кататься на коньках.

И таким образом, Билли с Элизой мчались и мчались, пока на середине пролива не вомчались прямо в объятия друг к другу. Так они простояли то ли несколько минут, то ли несколько часов, а когда повернулись в сторону Плюримирегии, вдруг увидели, что пролив сплошь покрыт конькобежцами: все алексанассцы и плюримирегийцы сделали то же чудесное открытие и теперь спешили в гости к своим друзьям и родным, живущим на противоположных сторонах пролива. Ближе к берегу толпились дети; вооружившись молотками, они откалывали твердые кусочки ириса и запихивали их в рот.

Люди показывали друг дружке место, где затонул дракон, а завидев короля Билли и королеву Элизу, прокричали такое громкое «ура», что оно разнеслось бы по воде на несколько миль… если бы в море была вода, но её, как мы знаем, не было. Премьер-министр не терял времени даром и сочинил воззвание, где ставил в известность жителей королевства о выдающемся деянии Билли, который избавил страну от дракона, и весь народ не знал, как выразить свою неистовую благодарность и чувство преданности.

Билли повернул у себя в голове какой-то краник, не могу объяснить, каким уж образом, и оттуда хлынул поток ослепительной мудрости.

— Спору нет, — сказал он Элизе, — они собирались отдать нас на съедение дракону, чтобы спасти себя. И это, конечно, нехорошо. Но в конце-то концов разве это хуже, чем травить людей свинцом ради того, чтобы у кого-то были тарелки с глазурью, или травить людей фосфором ради того, чтобы покупать шесть коробков спичек за пенни. Нам тут будет не хуже, чем в Англии, я так думаю.

— Я тоже, — сказала Элиза.

И они согласились остаться королем и королевой — при условии, что премьер-министр бросит привычку утыкать себе голову соломой и не вернется к ней даже в периоды правительственных кризисов.

В должное время Элиза и Билли поженились, и с тех пор оба королевства пребывают в блаженстве. Так что все идет своим чередом.