Дождавшись, когда Чат отправится на прогулку, они поставили в конце коридора, который пассажир обычно исследовал, двоих сотрудников службы безопасности, сделав вид, будто те просто беседуют друг с другом. Увидев их, Чат решил что-то посмотреть в планшете, а затем направился обратно, но обнаружил там еще двоих безопасников. Он остановился, словно подсчитывая свои шансы; тут в коридор шагнул Марс, уже не прикидываясь Христианом Янсеном, и направился к нему.
– Привет, Чат, – сказал Марс. Больше он ничего сказать не успел – Чат метнулся прямо к нему с ножом в руке, возникшим словно ниоткуда.
Полсекунды спустя он уже лежал на полу, корчась от всаженных в него трех оглушающих зарядов.
– Ну как, не обоссался? – спросила Кива Марса десять секунд спустя, когда был дан отбой. Она и Пинтон ждали чуть дальше по коридору, наблюдая на планшете за картинкой с камеры.
– Ну… может, чуть-чуть, – признался Марс, глядя на поверженного Чата, которого уже упаковывали безопасники.
– Совсем не позорно обоссаться как чертов пожарный кран, если тебя готов прирезать обученный убийца.
– Может, сменим тему? – жалобно попросил Марс.
– Почему бы тебе не взять отгул и не залечь в койку? – предложила Кива. – На твоем месте я бы именно так и поступила.
Марс показал на Чата:
– Что вы собираетесь с ним делать?
– Разговорить его.
– Не выйдет.
– Ты ничего не знаешь про мои методы.
– Его учили не болтать лишнего.
– Убивать его тоже учили – и сам посмотри, как он обделался.
– Мне хотелось бы присутствовать при допросе.
– Нет.
– Но мне…
– Скажу проще, лорд Марс: проваливай на хрен.
– Он едва меня не убил. Думаю, я имею право узнать почему.
– Может, потом расскажу. Но если ты не свалишь сейчас же, я сама тебя прирежу. И даю слово, ребята из безопасности стрелять в меня не станут.
Марс хотел сказать что-то еще, но лишь покачал головой и зашагал прочь.
– Ваше умение работать с людьми просто восхищает, – заметил Пинтон.
– И ты тоже пошел на хрен, – ответила Кива.
Улыбнувшись, Пинтон махнул рукой в сторону упакованного и готового к транспортировке Чата:
– Знаете, а ведь он прав. Этот парень болтать не станет. Их учат противостоять агрессивному допросу.
– Агрессивному допросу?
– Это эвфемизм, которым на имперской службе называют пытки, мэм.
– Ну так и называй их пытками, мать твою.
– Я имею в виду, его учили сопротивляться всему, что только способны сотворить с ним люди.