— Я им очень благодарен. Я просто думаю, сколько времени мы потеряем и кого встретим в Кууми, когда туда вернемся.
Дел нахмурилась.
— А кого?
— Танцоров мечей, — ответил я. — И кроме того, толпу верующих идиотов, таких же как этот.
— Какое право ты имеешь называть его верующим идиотом? — возмутилась Дел. — Только из-за того, что он верит в то, во что не веришь ты…
Я прервал ее не дожидаясь конца речи о достоинствах религии.
— Он дурак, — отрезал я. — И у меня есть полное право называть его так.
Она ощетинилась.
— Почему? ЧТО дает тебе право…
— Потом что каждый человек, который поклоняется мне, может быть только дураком.
Не ожидавшая такого ответа Дел откровенно растерялась.
— Что? — наконец выдавила она. — А причем тут ты?
— Я — тот, ради кого он и другие идут в Искандар.
— Зачем? — она хлопнула ресницами.
— Кажется они услышали истории Оракула о джихади, — я пожал плечами.
— Они подхватились и поехали на Север.
Дел хотела мне еще что-то высказать, но промолчала. Она долго смотрела на верующего идиота, обдумывая мои слова и оценивая Южанина, и, наконец, вздохнув, провела рукой по лбу.
— Теперь ты понимаешь, что я имею в виду? — спросил я. — Ты ведь тоже думаешь, что он дурак.
Она поморщилась.
— Я готова признать, что убеждения могут заставить совершать нелепости, но то, что он верит в человека, который должен прийти, чтобы помочь его родине, не делает его дураком.
— Правильно, — согласился я. — Значит я должен хотя бы доставить его и его людей в Кууми. Думаю, что так полагалось бы поступить джихади, правильно?
— Ты скажешь ему? — спросила она.
Я усмехнулся.
— Что? Что я подделка?
— Может он сам догадается, — вздохнула Дел.
— Я был уверен, что ты меня поймешь, — я похлопал жеребца по шее. — Ну, старина, кажется тебе снова нести двоих.
Дел поправила ремень перевязи.
— А почему не посадить его со мной? Мы вместе будем весить меньше чем ты один.
Я посмотрел на верующего идиота, который не сводил с Дел восхищенных глаз.
— Да, — кисло согласился я. — Он, конечно, придет в восторг.