Я долго прислушивался к дыханию Дел.
— Ну вот все и кончилось, — тихо сказал я.
Дел молчала.
— Ты спела песню для своих близких, ту, которую обещала спеть, и получила кровный долг у того, кто убил твою родню.
Дел ничего не сказала.
— Твоя песня окончена, баска. Ты отлично ее спела.
Дел глубоко вздохнула.
— Ты говорила, что я могу спросить тебя когда Аджани будет мертв… — я подождал несколько секунд. — Что ты теперь будешь делать?
Дел печально улыбнулась.
— Спроси меня об этом утром.
— Баска…
— Спроси утром, — мягко повторила она, — а потом спроси меня следующим утром, и следующим… — Дел потерла глаза, такие же уставшие и грязные как мои. — Задавай мне этот вопрос каждый день и может быть однажды я отвечу, потому что буду знать. Но к тому времени это уже не будет иметь значения, потому что пройдут годы и я забуду, почему не могла решить, как же буду жить после смерти Аджани. Все уже будет ясно.
Сложное рассуждение, подумал я. Но с расспросами можно было и подождать.
Я облегченно вздохнул. Как же хорошо было просто лежать.
— Суматошный день, — заметил я.
Дел только хмыкнула.
Солнце медленно опускалось за горы.
— Кто выиграл танец?
Я почувствовал, что Дел пошевелилась.
— Никто не выиграл. Танец не закончился.
Я попытался рассердиться.
— Ты хочешь сказать, что лишила меня шанса получить домейн? Стать танзиром?
Дел равнодушно пожала плечами.
— Из тебя бы получился плохой танзир.
— Откуда ты знаешь?
— Знаю и все.
Пришла моя очередь хмыкнуть.
— Может ты и права.
— А вот из меня получился бы отличный танзир.
— Ты женщина, баска.