И вынул смертоносную иглу.
От Набира почти ничего не осталось. Тем, что осталось овладел Чоса Деи.
— Сам… Сам… Самиэль…
С последним вздохом полилась кровь.
Аиды, как же больно.
Я понимал, хотя очень смутно, что вокруг собралась толпа. Люди видели только полумертвого мужчину на земле и другого мужчину около него, сжимавшего окровавленный меч. Они слышали протяжный, высокий вопль, похожий на стон кошки. Они не знали, что его издала сталь. Они не знали, что это кричал Чоса Деи. Люди просто любовались необычной, эффектной смертью Южанина.
Кругом были лица: Алрик, мелькнула Лена с девочками — она затаскивала их обратно в дом, Гаррод с косами, пробивавшийся ко мне сквозь толпу, Адара, безуспешно уговаривавшая Массоу уйти, и много, много незнакомых людей.
Вот только Дел нет. Где же Дел…
Чоса Деи был зол. Чоса Деи был очень зол и он даже не пытался это скрыть.
Я не удивился, но он рвался из меча.
Я стоял на коленях в кровавой грязи, капли дождя стекали по спине, а я не знал, что делать. Хотел бы я быть сильным. Хотел бы я знать, как переделать мою изуродованную яватму.
Меч раскалился. Под холодным дождем от стали шел пар.
Я дрожал. Я дрожал вместе с ним, пытаясь подавить яростную силу, которая хотела вырваться из меча. Чоса Деи заглядывал во все уголки в надежде найти слабое место и разбить магию, которая удерживала его в стали. Я очень хорошо знал, что случится если я сдамся, позволю ему освободиться. Если он вырвется из меча, он будет только сущностью, лишенной формы. Чтобы добиться своего, ему понадобится тело. Он попытался забрать тело Набира. Он заберет мое, если я позволю ему.
Дождь смывал грязь, очищал клинок… Вот только чернота дошла почти до рукояти.
Если Чоса Деи доберется до нее…
Нет.
Мои кости болели. Они ныли. Кровь билась горячо и жарко, слишком горячо и слишком жарко, и ударяла мне в голову. Я боялся, что череп вот-вот лопнет.
Самиэль визжал. Меч хотел избавиться от Чоса.
Если бы мы могли объединиться…
Свет вспыхнул у меня в голове.
Иди в аиды, Чоса… Тебе со мной не справиться.
От клинка шел пар.
Тебе со мной не справиться…
Дождь прекратился, грязь начала подсыхать, над землей под моими ногами поднялся пар.
Если ты хочешь песню, я спою… я не умею, но спою… я сделаю все, что нужно, Чоса… чего бы это не стоило… ты не получишь мой меч… ты не получишь меня…
Засохшая грязь начала трескаться.
Я поднялся с колен и выпрямился. Крепко сжимая рукоять. Глядя как чернота ползет вверх, подбирается к пальцам.
Я — Южанин, Чоса, и ты сейчас в моей стране.
Поднялся ветер.
Ты действительно думаешь, что можешь победить?