— Ты этого не знаешь.
— Не знаю. Поэтому мне и больно.
Рука Дел ровно водила точильный камень. Бореал тихонько напевала песню обещаний.
— Не мучай себя напрасно, — сказал я. — Может Джамайл сейчас в полной безопасности у Вашни.
— Они убивают чужеземцев, а он настоящий Северянин.
— Северянин? Или был им? — я пожал плечами, а Дел наконец-то отвела взгляд от меча. — Когда мы нашли его, он провел уже пять лет на Юге, из них два года с Вашни. Может его давно считают за своего. К тому же старик любил его, об этом тоже не забудут.
— Старики, — тихо сказала Дел, — быстро теряют силы, а с ними и свою власть.
— Не всегда.
— Но все старики умирают.
Я покачал головой.
— Дел, успокоить тебя я не смогу. Да, возможно он уже мертв, но наверняка ты утверждать не можешь.
— Вот я и думаю: узнаю ли я когда-нибудь что с ним? Или проведу остаток жизни так и не выяснив, остался ли в этом мире еще кто-то моей крови?
— Поверь, — грубовато сказал я, — от таких мыслей не умирают.
Рука Дел сильнее сжала клинок.
— Ты говоришь это потому что я жестокосердная и рассудительная сука?
Растерявшись, я резко посмотрел на нее. Меня удивил не столько вопрос, сколько грубый тон, которым он был задан.
— Нет, — честно ответил я. — Я говорю это исходя из собственного опыта.
— Из собственного? — тупо переспросила она.
Я кивнул.
— Ты забыла кто я? У меня нет ни матери, ни отца… ни братьев, ни сестер. У меня нет ни малейшего представления, жив ли еще кто-нибудь моей крови. Я не знаю даже что это за кровь.
— Твои родители жили на Границе, — сказала Дел. — Или они были чужеземцами.
Я выпрямился.
— Почему ты так решила?
Дел пожала плечами.
— Сложением ты похож на Северянина, а цвет кожи ближе к Южному. Конечно он не такой темный и черты лица не такие грубые. В тебе есть что-то и от Юга, и от Севера. Такие пары живут обычно на Границе, — Дел улыбнулась, оценивающе осматривая меня. — Или твои родители приехали из других земель. Ты никогда об этом не задумывался?
Сколько раз задумывался. Каждый день моего рабства. Каждую ночь, когда спал в навозе. Никому в этом не признаваясь, даже Суле и Дел. Потому что признавшись, я выставил бы напоказ свою слабость, а слабые долго не живут.
— Нет, — громко сказал я, чтобы остаться сильным.
— Тигр, — Дел отложила в сторону меч. — Тебе никогда не приходило в голову, что Салсет могли соврать?
— Соврать? — я нахмурился. — Ты о чем?
Она села, скрестив ноги, и сцепила пальцы на коленях.