– Продолжим путешествие, что же еще? – удивилась она. – В Кисири.
– Без лошадей, – добавил закутанный в одеяло Массоу.
Его сестра пожала плечами и откинула назад распущенные светлые волосы.
– Гаррод может достать нам лошадей.
– Может быть, – сказал я, – а может и нет. Все не так просто.
В свете свечей волосы Адары стали бронзовыми.
– Что не просто? – спросила она. – Вы собираетесь нас бросить?
Аиды. Мы их еще и бросаем.
– У нас с Тигром мало времени. Мы должны ехать, – напомнила Дел.
– Нет! – закричал Массоу выкручиваясь из одеял, и налетев на Дел, уцепился за ее запястье. – Вы не можете нас оставить!
Она не пыталась вырваться, но я чувствовал, как ей тяжело.
– Нам нужно идти, – повторила Дел. – Время истекает. Мы должны пробраться самой короткой дорогой через Высоты. Кисири нам не по пути, – пещера искажала голоса и от этого слова Дел прозвучали резче, чем хотелось бы.
– Ты просто ревнуешь, – объявила Киприана. – Ты боишься, что он захочет меня и забудет про тебя.
Дел собрала остатки терпения.
– Женщина не может принадлежать мужчине и мужчина не может принадлежать женщине. Тигр поступает так, как он хочет.
Киприана была непреклонна.
– А если он захочет меня?
Аиды! Да хранят меня боги от ревнивых женщин!
Но где-то в глубине души я почувствовал удовлетворение. Дел, Киприана, Адара: три женщины, жаждущие получить одного мужчину.
Нет, вернее жаждущих получить только двое. Дел никак не могла забыть локи.
А меня это выводило из себя.
– Хватит, – рявкнул я. – Сядьте и давайте разберемся, – они сели (даже Дел) на шкуры и пледы. Я остался стоять, намеренно держась в стороне. – На эту ночь мы гости Кантеада. Утром мы уйдем из каньона, – на секунду я представил гончих, теснящихся в ожидании за облаками на краю мира. – У нас одна лошадь: моя. И на ней поедем мы с Дел.
– А как же мы? – спросил Массоу, не сводя глаз с Дел.
Она, в свою очередь, смотрела на Адару.
– Твоей матери следовало бы поговорить с тобой… Твоей матери следовало бы все объяснить тебе. Вы трое направляетесь в Кисири. Нам с Тигром с вами не по пути.
– Вы не можете оставить нас! – вмешалась в разговор Киприана. – Как вы можете уйти? Как вы можете бросить нас? Что нам делать?
Передо мной стояла не та девочка, которая отважно бросилась мне на выручку в битве с локи. Она была совсем другая. И она мне не нравилась.
– Делать то, что делали даже после того, как похоронили своего отца,
– твердо сказал я. – Вы пойдете дальше.
– Одни! – слезы блестели в голубых глазах. – Две женщины и мальчик, без повозки, без лошади… даже без продуктов!