Из списка заявленных чудес: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Какие? — Он вопросительно уставился на соседку.

— Длинные и кудрявые.

Надежда достала телефон, поискала что-то в памяти и неожиданно сунула ему под нос фото дочери. Взрослой красивой Марты.

Господи, он не видел свою девочку уже полгода! Она отказывалась отвечать на его видеозвонки, просто по телефону говорила скудно, односложно. И было это месяца три назад.

Он все упустил! Принимал ее недовольство на свой счет. Ему и в голову не приходило, что она может быть просто несчастна там — в чужой стране.

— Да такие волосы под париком спрятать сложно. И под шапкой тоже.

Он покосился на ее короткую стрижку.

— Но как-то она в страну попала! — возмущенно отозвалась Надя.

— Но почему вы так уверены, что она здесь?

Артем неожиданно подумал, что запросто доверился незнакомому человеку. Впустил ее в дом, в свои проблемы. А она ему даже служебного удостоверения не показала. Нет, сотрудникам аэропорта ей пришлось его продемонстрировать. Он краем глаза уловил, что она не врала, все так и есть — она сотрудник Следственного комитета.

Но все равно было как-то не по себе. Наврала, во‑первых. Пробралась в дом по предварительному сговору с его бывшей женой. Во-вторых, произвела несанкционированный осмотр, пускай поверхностный. Но все же…

— Не знаю… Просто чувствую, и все. Объяснить не могу. — Надежда пожала плечами. Огромная куртка еле шевельнулась. — Марта точно прилетела сюда. Больше ей некуда деваться. У нее нет другого пристанища. Здесь ее отец. И прилетела она по чужому паспорту. Но как установить, по чьему именно? И если она прилетела, то в гостиницу заселилась по нему же. И что?

— Что?

В логике отказать ей было сложно. Рассуждала она здраво.

— А то! Мы можем искать ее сколько угодно, если она не решит сама объявиться. А она не решит!

— Почему? — возмутился он. — Я ее отец и…

— И отец будет вынужден вернуть ее матери. — Ее зубы снова вцепились в нижнюю губу. Но молчала она недолго. — Надо что-то придумать. То, что позволит ей поверить отцу, а вам — вернуть ее. Насовсем. Вы ведь этого хотите?

— Я? — Он растерялся. — Наверное… Я даже не думал… Вернее, и мечтать не мог, что Марта захочет жить в моем доме! Она разговаривать со мной почти перестала. Три месяца не слышал ее голоса! Я подумал, что она меня презирает и все такое.

— Что вообще вы знаете о подростках, Артем Леонидович? — Она устало вздохнула. — Когда умер мой муж, сыну было столько же, сколько вашей Марте сейчас. Он очень переживал. Очень! И вместо того, чтобы объединить свои страдания с моими, он вдруг принялся искать виноватых в его смерти. И нашел. Меня! Начал вспоминать все наши ссоры с мужем, упреки. Неприготовленные вовремя завтраки. Невыглаженные рубашки. Мой сын, мое чадо упрекало меня в том, что я была отвратительной женой, просмотрела его болезнь, и поэтому его отец умер. Начал следить за мной. Думал, что у меня армия любовников. Потом вдруг заговорил о бизнесе, оставленном в наследство отцом: я не имею права на эти деньги и все такое… Ну и я…

Надежда вдруг умолкла. Горестные складки залегли от уголков рта к подбородку.

— И я терпела, — произнесла она, не дождавшись его вопроса. — Перво-наперво отказалась от денег его отца. Не оправдывалась, когда он меня упрекал. Не ставила на место, если он вдруг дурно обходился с моими коллегами, решившими заглянуть на кофе. Я терпела и ждала.

— Это же невозможно! Невозможно выдержать, не вспылив! — ужаснулся Артем.

Тут же вспомнил, как Марта однажды наговорила ему гадостей, а он обиделся и прервал разговор. А все почему? Она попросила у него денег, а он отослал ее к матери. Типа, если она позволит, он пришлет. И вопросы противные взрослые задавал: а зачем столько, что случилось, это дурная компания или наркотики?

Марта нагрубила. Он прервал разговор. После этого общение если и случалось, то только из вежливости, не более. Тех доверительных бесед с секретиками и сдавленными смешками, как два года назад, уже не случалось.

— Я терпела и ждала, Артем Леонидович. — Надежда провела ладонью по растопырившимся волосам короткой стрижки. — Мне было больно. Ему вдвойне. Он потерял родного по крови человека. Отца! Кто-то должен был за это ответить. И он выбрал меня.

— Это закончилось? Или продолжается до сих пор?

— Слава богу, да! — Она облегченно рассмеялась. — Как-то утром я обнаружила накрытый к завтраку стол с моим любимым омлетом. Его мне всегда готовил муж. У него был свой собственный рецепт… И сына научил. Так вот он приготовил мне завтрак. Не просил прощения, нет. Просто смотрел так… Пронзительно-виновато! У меня комок в горле встал, есть не могу. Он спросил: «Невкусно?» А я… разревелась. И он тоже. Мы обнялись и просидели минут двадцать, хлюпая носами.

— Ничего не говорили друг другу?

— А зачем? Все и так было понятно. Он понял. Я поняла, что он понял. Мир воцарился. Мы стали учиться жить счастливо без нашего главного человека. Вот и все. — Надежда отвернулась к окну и шумно задышала. — Слова не главное, Артем… Это всего лишь звуки. Чувства… Их надо слышать. Угадывать. Вот поэтому я уверена, что ваша Марта уже в стране. Конфликт с отчимом. Непринятие позиции девочки матерью. Одиночество — вот что она ощущала в последнее время. От него она сбежала. И если вы ее предадите…

Она резко повернулась к нему, и он увидел, что в ее темных глазах застыли слезы.