— С этим сложнее, рабовладельцы оказались гражданами Украины, так что возбудить в отношении преступников уголовное дело проблематично. — Пашка печально вздохнул, но тут же снова повеселел: — Зато Русалочка ваша уже дома, в родном Коростене!
— Где?!
— Коростень — это такой старинный городок…
— Так его же сожгли!
— Да? Когда? — Пашка малость встревожился.
Муж и сын посмотрели на меня: сын вопросительно, муж — с откровенным негодованием.
— Э-э-э… В десятом веке? — припомнила я неуверенно.
— А, ну, с тех пор, видать, отстроили заново, — успокоился Жуков. — Короче, все в порядке. До новых встреч! Приезжайте еще и непременно привозите сало!
Он отключился. Я посмотрела на трубку и убрала ее в карман.
— Ну? Ничего не хочешь сказать? — Колян посверлил меня взглядом.
— Хочу, — кивнула я, не запираясь. — Коростень!
— Что — Коростень?
— Есть такой город на букву «К» — Коростень!
Сын посмотрел на возмущенное лицо папы и захихикал:
— Называй уже город на «Н» или сдавайся — нам как раз посадку объявили!