Он взял свое пиво и, делая глоток, наблюдал за девушкой поверх бутылки. Макс задался вопросом, не подкалывает ли она его, но не похоже.
— Да, отношения при моей работе трудны, — сказал он, явно преуменьшая. Отношения были невозможны.
Лола кивнула.
— При моей тоже. Тяжело, когда я не понимаю, хочет ли мужчина быть со мной ради меня, или просто хочет быть замеченным рядом со мной. — Она расслабилась, ее глаза расширились. — Вау, звучит по-настоящему тщеславно, не так ли?
Он рассмеялся, огонь свечей мерцал на ее губах.
— О да, но предполагаю, что это правда.
— Просто, если человек приобретает какого-то рода известность, неважно по какой причине, есть люди, которые хотят использовать его, чтобы засветиться в СМИ. Привлечь внимание. Ты им не нравишься, они просто хотят быть замеченными с тобой. — Девушка провела пальцами по кончикам волос и откинула их со лба. — Помнишь Джона Уэйна Боббитта? Жена отрезала ему член, и он внезапно стал знаменит, или, скорее, опозорен, его окружили стриптизерши и королевы порно. И знаешь, те девушки не уделили бы ему ни секунды внимания, если бы он не участвовал во всяких ток-шоу типа «получи свои пятнадцать минут славы».
Лола сложила руки под грудью и переполнилась таким негодованием, что он расхохотался.
— Может быть, у Джона Уэйна яркая индивидуальность. Возможно он классный парень.
Уголки ее губ опустились.
— Макс, — сказала она так, будто разговаривала с кем-то почти безмозглым, — он довел свою жену до безумия, так что она схватилась за нож и… — Она сделала паузу, чтобы сделать режущее движение рукой. — Отчекрыжила его член.
— Черт. — Он втянул воздух сквозь зубы. — Мы можем поговорить о чем-то другом?
— О, прости, — сказала Лола, но девушка не выглядела раскаивающейся. Уголки ее рта приподнялись, и она ослепила его белоснежной улыбкой. — Кажется, меня занесло. Мы с друзьями болтаем о такой чепухе как эта. — Она села прямо и съела немного салата. — О чем разговариваете ты и твои друзья?
Ничего такого, чем бы он с ней поделился.
— Спорт.
— Скукота. Держу пари, что вы говорите о женщинах.
Макс подумал, что разумнее всего оставить это без комментариев, и сконцентрировался на еде.
— Ну давай. Ты можешь рассказать мне. Мы же друзья, помнишь?
Он покачал головой и сглотнул.
— Забудь об этом. Если я тебе расскажу, то мы больше не будем друзьями.
— Так всё плохо, а? — Вместо того, чтобы на этом остановиться, Лола вцепилась в него как клещ. — Я расскажу тебе, о чем говорят девушки, если ты расскажешь мне, о чем говорят мужчины.
Пока Макс рос, никакого женского влияния дома на него не оказывалось. У его отца время от времени появлялись какие-то связи, но никаких достаточно постоянных, чтобы оказать на него воздействие. Одинокие женщины, которых знал Макс, говорили в основном о работе и прошлых отношениях, в то время как жены его друзей говорили о муках родов. И конечно, Максу было слегка любопытно узнать, о чем женщины говорят, когда рядом нет мужчин, но он полагал, что этот разговор, скорее всего, будет подобен разорвавшейся прямо перед его лицом бомбе. — Когда последний раз ты разговаривала со своим бывшим? — спросил он, меняя тему.
Лола сложила руки под грудью.
— Дай-ка подумать. Последний раз я говорила с ним, когда предлагала деньги за те фотографии. А видела последний раз в суде, несколько месяцев назад. Он вырядился в костюм от Армани и обувь от Гуччи. Уверена, он заплатил за костюм и ботинки из тех денег, что заработал на мне, и мне ужасно хотелось сжать его шею руками и задушить его.
Макс тоже хотел задушить его. Схватить за горло так, чтобы его ноги болтались над землей, но не столько из-за костюма, обуви или сайта. Нет, просто потому, что Лола любила его. Ревность, яркая и мощная, бурлила у него внутри. Макс никогда не ревновал женщин, и ему это не нравилось.
— Разве у него не было денег до открытия сайта?
— Когда я встречалась с ним, были. Но он вложил значительные средства в акции технологических компаний, и когда на рынке начался обвал, его денежки испарились. Вот и основная причина для создания сайта. Сэм любит деньги. — Девушка пожала плечами. — И ненавидит меня.
— Почему он ненавидит тебя?
— Потому что я разорвала помолвку за три месяца до свадьбы. Он не смог справиться с этим. Думаю, главным образом потому, что я была его приложением.
Макс отодвинул пустую тарелку.