— Ну наконец-то! — воскликнул Сазан, схватил кружку и шумно выхлебал из нее чуть ли не половину пенной жидкости. — Тебя как за смертью посылать. У меня горло пересохло, пока тебя ждал.
«Языком меньше чеши», — подумал Носорог, собирая со стола пустую посуду, и почтительно улыбнулся:
— Не желаете еще чего-нибудь? Рыбку там, сухарики к пиву. Или, может быть, водочки?
— Не-а, — помотал головой Сазан. На краткий миг мутный взгляд его осоловелых глаз потух, словно он отрешился от всего происходящего здесь, а потом в них появился лихорадочный блеск. Проводник сунул руку в карман и небрежно бросил на стол кучу мятых американских купюр: — Доплата за пиво и чаевые.
Носорог неуловимым движением сгреб деньги со стола, спрятал их в поясной сумке и только хотел уйти, как вдруг Сазан жестом велел обождать. Сталкер снова полез в карман штанов и вытащил оттуда двадцатидолларовую бумажку, такую же мятую, как и ее подружки. Он поманил бармена пальцем. Когда тот наклонился к нему, сунул деньги за отворот его рубахи и выдохнул перегаром в лицо:
— А хотя, знаешь что, неси-ка нам пару бутылок водки и закусить чего-нибудь. Гулять так гулять. Верно, парни?
Сидящие с ним за одним столиком мужчины одобрительно забормотали.
— Буд сделано, — кивнул бармен, радуясь столь удачному для него дню.
Спустя пару минут Носорог появился возле столика с полным подносом в руках. Под веселый гомон случайных приятелей Сазана сгрузил с подноса две бутылки с бело-синей этикеткой, четыре стакана, большую тарелку с мясными закусками и два блюдца с порезанными пополам солеными огурчиками.
Сазан сорвал пробку с бутылки, плеснул в стаканы слоем на три пальца.
— Ну, за удачу! Пусть она никогда не поворачивается к нам задом, каким бы сексуальным он у нее ни был.
Собутыльники захохотали, звонко чокнулись и махом осушили стаканы до дна.
— Ох, ядрена! — Сазан поморщился, взял с тарелки самый большой кусок мяса, сунул в рот и смачно облизал пальцы. — А ну-ка, еще по одной, — скомандовал он, разливая водку по стаканам. Случайные знакомые не стали перечить — только дураки отказываются от халявного угощения — и выпили в охотку. А потом еще раз и еще.
Когда вторая бутылка водки опустела на две трети, Сазан постучал ладонью по столу, привлекая внимание.
— А вот еще одна интересная история. Произошла она со мной лет пять назад. До того, как осесть в этих местах, довелось мне крутую тачку угнать. Так-то я парень честный и до чужого добра не охоч, но спьяну каких только глупостей не наделаешь.
Изрядно захмелевший Сазан говорил громко, как, впрочем, и остальные посетители бара. Собственно, по этой причине он и напрягал голосовые связки. Уж очень хотелось ему поделиться с новыми друзьями кое-какими фактами из своей биографии.
— Покатался я с часик, хотел бросить машину в одном из проулков, но тут мне взбрело в голову пятаки на ней покрутить. Непременно чтоб с дымом из-под колес и визгом резины, как это крутые парни в фильмах делают. Ну я, значит, разогнался как следует, рванул ручник на себя и тапком в пол.
— И как оно? Много пятаков накрутил?
Сазан посмотрел на сидящего напротив него парня с волосатой родинкой на правой щеке и широкой щербиной между передними зубами. Это он задал вопрос и теперь сопел мясистым носом, ожидая ответа. Двое других собутыльников тоже навострили уши.
— Что, интересно? — криво усмехнулся Сазан, обводя пьяным взглядом всю компанию. — А вот пока не выпьем, не рас-с-кажу. — Он вытер слюнявые губы ладонью и кивком показал на щербатого: — Наливай.
Тот поровну разлил остатки спиртного. Не дожидаясь остальных, Сазан схватил стакан, залпом опрокинул в себя водку и так треснул днищем граненой посудины по столу, что она разлетелась на мелкие осколки. Щербатый чуть не поперхнулся и застыл со стаканом в руке. Двое других тоже пить перестали и во все глаза смотрели на забуянившего соседа по столику.
Остальные посетители бара, равно как и его хозяин с помощником, никак не отреагировали на звон битой посуды. Первым на это было наплевать: эка невидаль, стакан раскокали. Проныре тоже было до лампочки: на зарплате не сказывается — и ладно. А Носорог столько заработал сегодня, что посетители могли перебить хоть всю посуду в баре, он все равно в результате оставался в плюсе.
— А ни хрена я не накрутил, — прохрипел Сазан и зашмыгал носом, рукавом смахивая с ресниц пьяные слезы. — Машину занесло и так шмякнуло багажником о столб, что я чуть шею себе не сломал, когда хряпнулся затылком о подголовник.
— Да уж, не повезло тебе, — сочувственно покивал щербатый. — Ладно хоть жив остался.
— Ага! — кивнул скуластый мужчина с ямочкой на подбородке и глубоко посаженными синими глазами. Он ткнул в бок сидящего слева от него приятеля в таком же, как у него, сталкерском комбинезоне с нашивками «Чернобыль Лэнд» на одном рукаве и «Служба сопровождения» на другом.
— Точно, — поддакнул тот.
— Это еще не все, — сказал Сазан. — В багажнике машины лежал металлический кейс, а в нем были…
— Деньги?! — Щербатый чуть не подпрыгнул на стуле.
Сазан поднял голову, вроде как собираясь кивнуть, а потом помотал ею из стороны в сторону.
— Наркотики? — спросил скуластый.