— Это не паук, это сам Федотыч! — Эльвира сказала это и сама удивилась, откуда в ней такая уверенность. Хотя, этот «фокусник» же сам все и сказал. И показал…
Она осторожно осмотрела собственную кожу. В куртке было множество дырок, окрашенных засохшей кровью, но на теле не было ничего страшнее небольших царапин. Даже удивительно, сколько боли и отчаяния получилось из таких ерундовых ранок.
— Нам надо бежать, — повторила она. Рита покачала головой.
— Некуда. Окон нет, решетка непонятно, как открывается… И телефон не ловит, я проверила.
— Мы придумаем, — прошептала Эльвира, — Обязательно… ведь нельзя же… так нельзя… — она бормотала все тише, и не очень понимала, уговаривает ли она Маргариту, или саму себя.
***
Шеф вернулся из своего дома только через полтора часа. За это время Ренату все же удалось немного подремать. А также перебрать в голове все варианты, и прийти в выводу, что он влип вместе с шефом. Бежать нельзя — «хрусть» слишком прост, от него не убежать. Ударить в спину? Глупость. Шеф вернется. Он говорил, что может проделать такой трюк — сдохнуть и вернуться. Как Кощей: смерть невесть где, и потому бить нельзя — только разозлишь. От этого было особенно горько — вроде, и влип шеф, но он-то выкрутится. Даже из под расстрела. А вот Ренату кранты. Оставалась надежда, что шеф что-нибудь придумает…
Шеф вышел из дома не спеша. Спокойно, вальяжно, словно прогуливался после плотного обеда. Подошел к машине, улыбнулся своим бойцам.
— Приуныли? Зря! Начинается Ночь, в которую нам никто не помешает. Никто не сможет помешать. Потому что это наше время!
Виталий заулыбался в ответ на слова шефа.
— Наше время? Эт хорошо, эт здорово…
— Не ваше, — перебил шеф строго, — Мое. И таких, как я. Вы тут только помощники будете, так что осторожно. Не зарывайтесь.
— А кто это — такие, как вы? — Ренату показалось, что шеф так благодушен, что может даже ответить, и он не ошибся.
— Грань становится прозрачной. Всякая нечисть выходит и празднует этой ночью. И те, кто хоть и не нечисть, но имеет определенную мудрость, тоже может порадоваться жизни.
Шеф посмотрел на удивленное лицо Рената, на туповатое — Виталия, и засмеялся.
— Со мной вам нечего бояться! Мне вся эта потусторонняя ерунда — так, семечки! А вот Костика приручим — отправимся верхом на драконе… впрочем, вы может, захотите остаться? — шеф снова хохотнул, и Ренату захотелось остаться прямо сейчас. Шеф открыл дверцу и сел в машину, на заднее сиденье.
— Поехали, не забивайте себе головы — это ваше слабое место! Просто запомните — наступает Ночь чудес. Наших чудес.
И тут где-то вдали послышался перестук копыт. Шеф вздрогнул, оглянулся. Пробормотал что-то невнятное, вроде как — «Кто ж это позвал-то тебя?»
Потом открыл машину высунулся и заорал куда-то в ночное небо.
— Пошел прочь! У тебя нет силы надо мной!
Сердито захлопнул дверцу, скомандовал.
— Поехали.
От недавнего благодушия не осталось и следа.
А когда они въехали в город, Ренат понял, что шеф имел ввиду. Все кругом замерло, застыло прямо в движении. Машины на дорогах, редкие пешеходы на ночных тротуарах, даже перемигивание реклам — замерло и горело лишь одно. Они попали в стоп кадр.
— Что это? — не удержался он от вопроса.
— Ночь, — ответил шеф, — Это Ночь.
Понятнее не стало, но Ренат не рискнул переспрашивать. Нельзя столько времени служить колдуну, и ни о чем не догадываться, и сейчас Ренат вспоминал все, что слышал про наивный и глупый праздник Хэллоуин. Кажется, он был вовсе не таким наивным и глупым…
Глава десятая
в которой все бегут, а потом едут
На улице оказалось совсем не так темно, как казалось из окна. Над крыльцом горел фонарь, под ним стоял молодой сержант. Он облокотился на перила, его сигарета тлела, а дымок от нее повис в воздухе. Виктор не удержался и провел рукой сквозь, дымок качнулся, расступился, а потом повис по-прежнему, но с дырой в середине там, где прошла рука. Виктор пожал плечами и пошел дальше. Вокруг царила неестественная тишина, весь город вокруг затих, замер, пропал. И в этой тишине слышна была только одна машина. Судя по звуку, колдун нахально подъехал прямо к главному входу, видимо, собираясь просто войти и забрать их.