Турецкие сказки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Девушки, девушки, выметите дом и сегодня постелите кругом все зеленое.

И вот дом выметен, вычищен, повсюду разостланы зеленые атласные шелка, приготовлены новые яства. Под вечер красавица опять хлопнула в ладоши и позвала: «Девушки, девушки!..» Те образовали кольцо вокруг своей госпожи, а затем по ее приказу вошли в колоду, и та — крак! — закрылась.

Наступил вечер. Мехмед-ага вновь открыл свою дверь огромным ключом, вошел — и что же увидел? На этот раз дом был совсем другой: устлан зеленым атласом, на столе — самые разные кушанья… Мехмед-ага опять растерялся, закрыл дверь и отправился прямиком в кофейню квартала.

— Соседи, — сказал он там, — со мною что-то происходит, я снова потерял свой дом…

— Послушай, Мехмед-ага, уж не помешался ли ты? — удивились люди.

Приятели Мехмеда-аги вместе со стражниками отвели его домой. Сапожник Мехмед-ага с опаской вошел в дом, боязливо съел по кусочку от каждого из кушаний. «Если придет хозяин дома, я скажу, что меня привели стражники, выпутаюсь как-нибудь…» — думал он, стараясь успокоиться, но еле дождался утра.

Утром Мехмед-ага поднялся, стукнул дверью, притворившись, будто он вышел на улицу, а сам спрятался в чулане для угля под лестницей и стал в щелку следить за тем, что происходит в доме.

Прошло немного времени, и вдруг Мехмед-ага увидел, что колода — крак! — раскололась надвое и из нее вышла девушка, прекрасная, как четырнадцатидневная луна. Мехмед-ага был поражен этим. Тотчас же Самая-Прекрасная-в-Мире хлопнула в ладоши, следом за ней появились еще четырнадцать девушек, одна красивее другой. Та, что вышла первой, приказала:

— Девушки, девушки, подметите, вычистите дом, постелите всюду розовый атлас.

Девушки сразу рассыпались по дому, все вокруг устлали розовым атласным шелком, приготовили яства. Дом был выметен и вычищен… Ближе к вечеру красавица вновь хлопнула в ладоши и позвала: «Девушки, девушки!» Те встали в кольцо вокруг своей госпожи, а потом по очереди вошли в колоду. В тот самый миг, когда Самая-Прекрасная-в-Мире, волоча по полу свои волосы, собиралась последней войти в колоду, сапожник Мехмед-ага схватил ее за руку.

— Кто ты: джинн или другой какой дух? — спросил он.

— Я не джинн, я дочь падишаха пери.

И вот девушка позвала своих четырнадцать невольниц и отдала их в услужение Мехмеду-аге. А сама вышла замуж за Мехмеда-агу, устроила прекрасное свадебное торжество. Так они и зажили вместе…

Пришел день, и весть о красоте этой девушки достигла ушей тамошнего падишаха. Он вознамерился взять девушку в жены своему сыну.

Падишах послал людей и велел Мехмеду-аге явиться во дворец. Беднягу притащили к падишаху за шиворот.

— Говорят, — сказал падишах, — у тебя живет Самая-Прекрасная-в-Мире, словно четырнадцатидневная луна, и у нее есть четырнадцать невольниц. Либо ты приведешь ее во дворец, либо выполнишь с точностью то, что я от тебя потребую. Если не сделаешь, как я сказал, твоя шея будет в руках палача.

Что делать? Мехмед-ага спросил падишаха, каковы его условия. Падишах ответил:

— Первое условие такое: ты должен добыть мне ковер, который покроет все земли, что видят мои глаза.

Мехмед-ага пришел домой задумчивый. Жена, заметив, что он чем-то озабочен, спросила:

— Что за печаль у тебя?

И Мехмед-ага рассказал все, как было:

— Я должен или отдать тебя падишаху, или добыть ковер. Иначе пропадет моя голова.

Тогда девушка ответила:

— Да что тут думать? Иди сейчас же к тому месту на горе, где взял мою колоду. Там увидишь большую скалу. Возьми эту плеть, ею ударишь по скале. Из нее выйдет арап. Не бойся его: это мой дядька. Скажешь ему, что тебе нужно, и он принесет.

Мехмед-ага обрадовался и тотчас отправился в горы. Подошел он к подножию скалы, у которой взял тогда колоду, и ударил изо всех сил плетью по камню. Из скалы показался арап — одна губа у него была на земле, другая — на небе — и спросил:

— Что тебе угодно, мой лев?

Тогда Мехмед-ага сказал:

— Привет тебе от султан-ханым. Достань нам большой ковер, мы хотим постелить его дома.

— Обожди минутку, — проговорил арап.

Он ушел, но вскоре вернулся с ковром. А этот ковер, несмотря на свою величину, был такой легкий, такой легкий…