Турецкие сказки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вот идут они, идут, а Мехмед-ага то и дело оборачивается к караванбаши и говорит:

— Слушай, караванбаши, мы уходим и оставляем тут быка и осла. Ведь их сожрут волки!

— Не говори ты больше о них, Мехмед-ага, — отвечает караванбаши. — Ну сожрут их, так сожрут. На что они теперь тебе? Не думай больше о них.

Мехмед-ага поворчал еще немного, но тут они наконец подошли к такси. Жандармы тотчас же стали по стойке «смирно». Мехмед-ага кивнул им головой, они стали «вольно». Только он собрался садиться в такси, как один из жандармов тут же нагнулся, Пахарь Мехмед-ага ступил ему на спину и вскочил в такси. Уселся он на сиденье, а жандармы — сзади него, да так и трясутся от страха, ведь Пахарь Мехмед-ага — большой человек. А караванбаши стал объяснять, что ему надо делать:

— Так вот, Мехмед-ага, когда мы приедем туда, соберутся все люди падишаха, будет толчея и суматоха, все станут поджидать тебя, мол, прибывает зять падишаха. Останется вот такой узкий проезд впереди, а позади и во всех окнах, дверях и на крышах будет полно народу. Они станут кричать: «Добро пожаловать!», а ты, держа в руке свою фетровую шляпу, покиваешь туда-сюда, поприветствуешь их. Мы сразу поднимемся наверх, к падишаху. Если будут спрашивать, почему ты не разговариваешь и тому подобное, я на это отвечу, мол, «он устал, господин, извините». Словом, я буду говорить, а ты не вмешивайся.

— Ладно, — сказал Пахарь Мехмед-ага, но продолжал время от времени спрашивать:

— Послушай, а вдруг и впрямь волки сожрут быка и осла? Что тогда делать?

— Да не примешивай ты их сюда, Мехмед-ага! Какое тебе до них дело? Чтоб ты лопнул со своими быком и ослом! Извини за выражение. Не думай о них. Ты же станешь владельцем целого состояния, женишься на дочери падишаха. Выбрось из головы своих быка и осла.

Но Пахарь Мехмед-ага при каждом удобном случае бормотал: «Что же теперь будет с быком и ослом?»

Прибыли они в Антеп. Смотрят: а там толчея, суматоха, весь народ собрался — ждут приезда зятя падишаха. Ну что же, снял тут наш Мехмед-ага свою фетровую шляпу и, пока они продвигались к лестнице, принялся кивать то в одну, то в другую сторону. Ладно. Стали они подниматься по лестнице к падишаху. Все спрашивают: «Почему он не разговаривает?» А караванбаши отвечает: «Извините, господа, он устал. Поговорим завтра». А Мехмеду-аге он наказал:

— Когда взойдем наверх, будь внимателен. Подойди к руке падишаха. Когда он скажет: «Добро пожаловать», ты только кивни, а я отвечу, словно я твой переводчик. Ты не суйся. Я буду вместо тебя отвечать на вопросы, которые тебе зададут. Ни о чем не заботься, только головой кивай — и довольно.

Поднялись они по лестнице. А Мехмед-ага, надев новый костюм, стал очень ладным человеком. Падишах тотчас подал ему руку: «Добро пожаловать!» Мехмед-ага пожал его руку и только головой кивнул. Вошли они в комнату, в гостиную, сели, и караванбаши — рядом. Падишах сказал, обращаясь к нему:

— Значит, это и есть тот уважаемый господин, которого ты называешь Пахарь Мехмед-ага?

— Да, это Пахарь Мехмед-ага, — отвечал караванбаши. — По милости Аллаха он станет вашим зятем.

— Дай бог.

Короче говоря, всякий раз, как падишах спрашивал то об одном, то о другом, караванбаши тотчас давал ему ответ. А когда падишах по каким-то делам выходил иногда из комнаты, Пахарь Мехмед-ага снова и снова принимался спрашивать:

— Послушай, караванбаши, вот мы приехали сюда, а там волки могут задрать быка и осла, что тогда делать?

— Ну хватит, замолчи, Мехмед-ага, не вспоминай о них тут! Забудь о них навсегда! Ты что, не понимаешь, куда приехал? Ведь это — дом падишаха. Он отдает за тебя свою дочь, так что помалкивай.

У Мехмеда-аги главная забота — бык и осел: «Что делать, если их сожрут волки?» А о том, что ему предстоит жениться на девушке, получить молодую жену, он даже и не думал.

Ну ладно, чтобы не терять даром времени, устроили одновременно церемонию обручения и свадебные торжества. Караванбаши стал шафером Пахаря Мехмеда-аги, женил его и старался всему научить. Когда наступило время идти в брачные покои, караванбаши говорит ему:

— Мехмед-ага, будь внимателен, помни, что я тебе скажу. Я могу помогать тебе не дальше дверей к новобрачной. Я все твои дела устроил. Вот там ждет молодая, дочь падишаха. Ты получаешь огромное состояние. Навсегда выбрось из головы быка и осла.

И Пахаря Мехмеда-агу увели в брачные покои. Смотрит наш Мехмед-ага: молодая сидит в кресле, словно куколка, словно глоток воды, и улыбается. Но Пахарь Мехмед-ага не задержал на ней взгляда: как вошел в дверь, так сел в углу и все думает. Молодая поглядывает на Мехмеда-агу, а он не двигается с места, даже не поворачивается в ее сторону, не смотрит молодой в лицо. Сидит он и думает: «Разорвут волки быка и осла!» И стал Пахарь Мехмед-ага примериваться, как бы ему убежать: «Вот и двери заперли, как же мне сбежать?» Молодая-то ждет, что Мехмед-ага подойдет к ней, они поговорят, потом любовь между ними завяжется. Время идет, а Мехмед-ага все сидит на том же месте и шарит глазами по комнате, внимательно разглядывает окна, думает: «Интересно, есть тут невысокое место? Спрыгнуть бы мне туда и убежать».

Подошел он к одному окну, к другому — выпрыгнуть нельзя. И двери заперты. А если бы и вышел он в дверь, то там его могли увидеть, к примеру, падишах — не знаю, кто еще, — другие люди. Выйти невозможно.

Стал Мехмед-ага думать, как бы незаметно выбраться из комнаты новобрачной. Обошел он еще раз комнату, видит: окна высокие, а на них длинные тюлевые ажурные занавески. Другого пути нет — сорвал он с окон четыре занавески, они были по два метра длиной.

А молодая в это время смотрит на него и думает: «Что этот человек делает, что у него на уме?» Но Мехмед-ага не обращает на нее никакого внимания.

Сорвал он занавески, связал их одну с другой, открыл окно, привязал один конец занавески к раме. Когда четыре занавески были связаны, их длина оказалась метров пять-шесть. Другой конец занавески Мехмед-ага привязал к своему ремню на поясе и подумал: «Если спущусь и убегу отсюда, то, может быть, застану быка и осла, пока их еще волки не сожрали, а здешний хлеб — не про нас».

Вот — извините за грубость — подлец! Да ты оглянись, посмотри на новобрачную! Она ведь ждет тебя, улыбается, в глазах так и сияет любовь, надеется: дескать, может, он вернется.

Но Пахарь Мехмед-ага ни о молодой, ни о чем таком не думал. Стал он спускаться из окна. Спустился немного, но донизу еще оставалось вроде метра три-четыре. Тут он развязал узел занавески на своем поясе и спрыгнул — бряк! Пролежал он на земле без сознания целый час… Ну да ладно, очнулся Мехмед-ага, поднялся с земли и пошел себе. Вышел он на дорогу, а костюм и все остальное осталось на нем, да и сколько-то денег было в кармане. Поймал он на дороге какую-то машину, вскочил в нее — и давай вперед! — пустился в путь по направлению к Халебу.

— На полпути к Халебу, рядом с источником, есть поле, так вот подбрось меня туда, — сказал Мехмед-ага водителю, дал ему несколько курушей и поехал к себе домой.

Приезжает Мехмед-ага и видит: бык и осел разлеглись на краю поля, прохлаждаются в воде у источника. Никакие волки, стало быть, их не съели. Стал Мехмед-ага гладить быка и осла по спинам, радуясь: «Ах вы, моя скотинка, вот и застал я вас в живых, не успели вас сожрать волки».