Чтецы: читать начало книги онлайн

Лю Чуаньчжи: Еще бы, это был 1961 год! В Советском Союзе Юрий Гагарин впервые полетел в космос, весь Китай бурлил. У меня в комнате висел портрет Гагарина, и я был так счастлив, что тоже буду летать! Но когда пришло время поступать – а я уже и заявление написал, – меня вдруг вызывает учитель и с очень серьезным лицом говорит: «У тебя со здоровьем есть некоторые проблемы, поэтому тебя отсеяли». Со слухом у меня действительно были небольшие сложности. Сначала я даже не понял, о чем речь, и только когда он повторил еще раз, до меня дошло: летчиком мне не быть. А заявление уже было написано, шанс поступать в университет упущен. Так разом всё рухнуло.

Дун Цин: В столь юном возрасте очень трудно выдержать такой внезапный удар.

Лю Чуаньчжи: Да, будто громом поразило. Наверное, в тот день из школы позвонили отцу, потому что вечером родители вместе пришли в мою комнатку. Беседовали, наверное, больше часа, при этом была произнесена одна классическая фраза, которая мне очень помогла. Отец тогда сказал мне: «Если ты достойный человек, то чем бы ты ни занимался, ты всё равно останешься моим дорогим сыном». Я почувствовал, как на сердце стало тепло. Главное, что на другой же день отец пошел в школу, стал всеми силами помогать мне поступить в какой-нибудь другой вуз. Так я попал в Сианьский военный институт инженеров связи. Потом только я узнал, что проблемы со слухом были совершенно ни при чем, настоящая причина отсева состояла в том, что мой дядя по матери был «правым» …

В Сианьском военном институте училась моя будущая жена, мы были в одной группе. Если бы я стал летчиком – не попал бы в Сиань, не встретил бы Гун Госин; а не встретил бы ее – не женился бы, не было бы у нас сына, Лю Линя. Не было бы Лю Линя – я, пожалуй, и не основал бы Lenovo. Если бы я действительно стал летчиком, то, думаю, проработал бы недолго, и меня бы довольно скоро отсеяли. Так что жизненные пути – удивительная штука.

Дун Цин: Да, угадать что-то заранее очень сложно. В том числе поэтому мы сегодня выбрали для нашей беседы тему «Встреча». Непредсказуемость человеческой жизни говорит нам, что всегда надо сохранять надежду. Иногда за неудачей кроется хорошая возможность, открываются новые пути.

Я знаю, у вас есть один принцип – вашим детям не разрешается работать в компании Lenovo. Какие же у вас с ними отношения?

Лю Чуаньчжи: На мой взгляд – хорошие. Этот вопрос мне раньше уже задавали, так что я сам для себя примерно посчитал: мы с ними на тридцать процентов – друзья, на другие тридцать процентов – товарищи по учебе, и на сорок процентов – члены одной семьи, где я являюсь главой. Когда я сказал об этом детям, они сразу же воспротивились. Они согласны, что мы где-то товарищи по совместной учебе, но право голоса в семье у меня – 51 процент. «Контрольный пакет», как они говорят…(Смеется.)

Дун Цин: Вы говорите «воспротивились» – а мне кажется, это проявление тепла в семье, любви к вам. Случались ли у вас настоящие конфликты? Например, когда все остались чем-то недовольны или вы действительно хотели, чтобы всё было по-вашему?

Лю Чуаньчжи: Да, случалось. Когда сын поступал в университет, он, не знаю уж как, начал курить, а жена и мои родители – противники курения. Поэтому у жены с сыном был довольно суровый разговор. Он пообещал бросить, но тайком продолжал курить. В итоге жена сказала, чтобы я серьезно поговорил об этом с сыном. Тогда я со всей четкостью объяснил свою позицию: я не буду с ним говорить на эту тему. Почему? Потому что я сам бросал курить и знаю, как это трудно. Курить, конечно, нехорошо, но это вопрос не фундаментальный. Если я действительно серьезно, искренне буду говорить с Лю Линем, а Лю Линь не согласится с моим мнением, то это сильно испортит наши с ним отношения.

Дун Цин: То есть, если бы вы с ним строго поговорили, он реально мог бы дать вам отпор?

Лю Чуаньчжи: Такого раньше не было, но морально я должен быть к этому готов. Я ответил жене: «Максимум, что я могу ему сказать, – это следующее: если ты оставишь эту привычку, я буду больше тебя уважать, ты вырастешь в моих глазах». Через некоторое время Лю Линь сам по-настоящему бросил курить, и это очень хорошо.

Дун Цин: У вас действительно товарищеские отношения, если даже такой вопрос вы решили по-дружески…

Лю Чуаньчжи: На самом деле только так и можно быть отцом. Если в компании коллега не принимает во внимание мои слова, я провожу с ним серьезную беседу; если это повторяется, я говорю с ним в более широком кругу, чтобы нас слышали другие; если он повторяет свою ошибку в третий раз, я его увольняю. Можно ли уволить сына? Нет, поэтому с ним нужно только по-товарищески. Получается, что на самом-то деле я его очень боюсь – так ведь, да?

Дун Цин: Это не обязательно может быть страх. Когда я была маленькой, отец был со мной очень строг. Однако когда дети взрослеют, в их отношениях с родителями возникают незаметные перемены… Мне даже кажется, что папа иногда в глубине души думает: да, мне стоит прислушаться к тому, что дочь говорит.

Лю Чуаньчжи: Совершенно верно, именно так родители и думают.

Дун Цин: Вы говорили, что желали бы видеть сына честным и достойным человеком. А чего еще вам бы хотелось?

Лю Чуаньчжи: Ну, мне фантазии не хватает. Той молодежи, что работает у нас в компании, особенно тем, у кого много управленческих полномочий, помимо честности и прямоты требуются еще и знания. Одно должно сочетаться с другим. Надо иметь представление об идеале, но не быть идеалистом. У вас должна быть цель, к которой вы стремитесь, но если она находится за стеной, нельзя идти напролом. Цели-то вы достигнете, но стена будет сильно повреждена. Поэтому иногда приходится идти в обход. Если бы я не понимал этого, когда создавал компанию, то, наверное, пал бы жертвой периода реформ. Это было непростое время. В жизни сегодняшних детей неопределенности еще больше, поэтому им надо уметь сочетать очень многое. Ну и, конечно, надо усердно овладевать знаниями, стараться стать сильными. Быть просто хорошим человеком сегодня недостаточно.

Дун Цин: Я думаю, это очень хороший совет. Спасибо вам за вашу историю: неудача, пережитая в семнадцать лет, определила ваш путь до сегодняшнего дня, помогла обрести подругу жизни, найти свое призвание. Что вы хотите нам сегодня прочитать?

Лю Чуаньчжи: Двенадцать дней назад мой сын женился. Надо полагать, на всю жизнь. На свадьбе я произнес речь – потом мне сказали, что вроде неплохо получилось. Сегодня я прочитаю вам отрывок из нее.

Дун Цин: Вы хотите посвятить это чтение своему сыну?

Лю Чуаньчжи: Я хочу прочитать это для тех отцов, у кого есть сыновья, которые еще не женились. Может быть, они найдут для себя что-то полезное.

Чтения. Лю Чуаньчжи. Письмо сыну (фрагмент)

То, что Лю Линь женится, для нашей семьи, без всякого сомнения, событие номер один. Моя главная задача сегодня – хорошо произнести эту речь, сказать всё, что я об этом думаю, и даже больше, глубже – ведь это войдет в историю нашей семьи. Поэтому я готовился к этой речи, не жалея ни времени, ни сил.

Я горжусь, что уже сорок с небольшим лет являюсь отцом Лю Линя. Последние десять с лишним лет я довольно часто видел его улыбающимся, но мне всегда казалось, что его радость была недолгой и какой-то поверхностной. Большую часть времени он выглядел спокойным и ровным, я бы даже сказал, немного грустным. А после того, как они подружились с Кан Лэ, в нем произошли заметные перемены. Его радость вошла вглубь – наполнила всё тело, каждую клеточку. Похоже, радостная улыбка Кан Лэ проникла ему в сердце и осветила его лицо.

Лю Линь – вполне взрослый, солидный мужчина, который сначала думает, потом действует – не поступает импульсивно. Перемену, которая в нем произошла, мы с его мамой, конечно, видим очень хорошо.

Мы много говорили с сыном обо всём, в том числе и о выборе спутницы жизни, о критериях этого выбора. И раз Лю Линь так искренне счастлив, мне не понадобилось гадать, какова его избранница, – достаточно посмотреть, как к ней относится Лю Линь, и сердцу всё сразу становится совершенно ясно.

Раньше в нашей семейной группе «Родные и любимые» в вичате[15] Кан Лэ была кем-то вроде исполняющей обязанности «начальника секретариата». Сегодня, 24 декабря 2016 года, она официально становится нашим «начальником секретариата». Солнце Кан Лэ освещает не только Лю Линя, оно светит всей нашей семье, делая нас добрее, счастливее, щедрее, придавая нам сил.

Пришло время выразить свою благодарность. Прежде всего мы, вся наша большая семья, благодарим господина Кан Цзяньмина и госпожу Чэнь Цюся за то, что они воспитали Кан Лэ такой прекрасной дочерью – доброй, высоконравственной, умной, энергичной, достойной всевозможных наивысших похвал, заслуживающей искреннего восхищения. Что еще важнее – они решились отдать свою любимую дочь замуж за нашего сына, позволили ей стать его «хранительницей ключей», как говорится. Огромное вам за это спасибо! Мы вечно будем вам обязаны за такой драгоценный подарок и можем выразить свою бесконечную признательность, только отдав вам нашего сына в зятья. Если теперь будете запасать на зиму капусту, возить уголь или понадобится помощь в любой другой тяжелой работе – он будет для вас ее выполнять. Достаточно одного вашего слова, не сомневайтесь, он справится – потому что много лет он помогал в этом нам, родителям.

В нашей компании персонал, занимающийся инспекционными проверками, создал свою поговорку: «Надо смотреть не только на парадный фасад, но и на затылок». «Парадный фасад» – это личные достижения, успехи человека, его способности – словом, то, что он сам готов показывать другим. А «затылок» – это человеческие качества, которые обычно рассмотреть не удается.

[15] WeChat – китайский мессенджер для обмена текстовыми, аудио- и видеосообщениями.