Вскоре сестра вернулась с врачом, на их лицах застыли натянутые улыбки. Сестра села, доктор Соммерс встал за ее спиной. Ни Джереми, ни Лекси не знали, что сказать. В тишине Джереми слышал собственное дыхание.
— Посмотрим… — произнес доктор Соммерс.
Сестра добавила немного геля; когда прибор коснулся живота Лекси, на экране вновь появился ребенок. Сестра указала где-то рядом с ним.
— Видите?
Врач подался вперед, Джереми тоже. Он снова увидел волнистую белую линию. Теперь он заметил, что она как будто отходит от стенок, окружающих ребенка.
— Вот. Врач кивнул.
— Она примыкает?
На экране замелькали разные ракурсы. Сестра покачала головой.
— Незаметно, чтобы примыкала. Кажется, я везде проверила.
— Давайте проверим еще раз, — предложил врач. — Позвольте, я сам этим займусь…
Он сел на ее место и принялся в молчании смотреть на экран. Видимо, он хуже владел прибором, потому что картинки возникали медленнее. Как и сестра, доктор Соммерс подался вперед; долгое время царила тишина.
— Что это? — дрожащим голосом спросила Лекси. — Что вы ищете?
Врач взглянул на сестру, и та тихо вышла. Когда они остались одни, он указал на белую полоску.
— Видите? — спросил он. — Это называется амниотическая перетяжка. Я проверяю, не примыкает ли она к телу ребенка. Такое бывает обычно в районе конечностей. Но по-моему, она нигде не примыкает, и слава Богу.
— Что значит «перетяжка»? Какой от нее вред? — спросил Джереми.
Врач вздохнул:
— Эта перетяжка состоит из того же волокнистого материала, что и амнион — мешок, в котором находится ребенок. Видите? — Он провел пальцем сначала по мешку, потом по перетяжке. — Один ее конец прикреплен к амниону, а другой свободен. Этот свободный конец может прилепиться к плоду. В таком случае ребенок родится с синдромом амниотических перетяжек.
Врач помолчал, потом заговорил снова — с подчеркнутым бесстрастием.
— Буду предельно честен: если это произойдет, то высок шанс возникновения аномалий. Я знаю, как тяжело это слышать, но именно поэтому мы и занимаемся обследованием плода. Хотим быть уверены, что перетяжка не примыкает к телу ребенка.
Джереми затаил дыхание. Углом глаза он видел, как Лекси прикусила губу.
— А она может примкнуть? — спросил он.
— Никто не знает. Сейчас свободный конец перетяжки плавает в амниотической жидкости. Плод еще довольно мал. Когда ребенок подрастет, угроза примыкания увеличится, но подлинный синдром амниотических перетяжек случается редко.
— А какого рода аномалии бывают? — прошептала Лекси.
Врач явно не хотел отвечать на этот вопрос.
— Повторяю, все зависит от того, в каком месте примыкает перетяжка. Если синдром подлинный, последствия могут быть серьезными.
— Насколько серьезными?
Доктор Соммерс вздохнул:
— Если перетяжка примкнет к конечностям, ребенок может родиться без руки, или без ноги, или с деформированной стопой, или со сросшимися пальцами — это называется синдактилия. Если перетяжка примыкает в другом месте, может быть еще хуже.
Джереми ощутил тошноту.
— И что теперь? — спросил он. — С Лекси все будет в порядке?