— Понимаешь ли, ваши графья крайне редко приглашают нас на пирушки. Обычно мы сами приходим в ваши деревни и берем, что захотим.
— То есть, грабите нас?
— Можно и так сказать. Ну, так вот, во время набегов у мужиков кровь вскипает в пылу битвы, поэтому, если под руку попадется какая женщина… Ну ты понимаешь… всякое бывает…
Даже за толстые стены кастильской крепости проникали слухи о злодеяниях, что творили хейды в разоренных селениях. Массовые изнасилования были обычным делом. Виола на миг представила, что случилось бы с ней, если бы не вступился Бьорн, и по позвоночнику пробежала ледяная волна.
— И к чему ты мне это рассказываешь? — спросила она.
— Я вот просто ума не приложу, как Бьорн собирается возглавлять набеги. Дело в том, что он терпеть не может, когда над женщинами непотребства всякие учиняют.
— Хм… И откуда же такое благородство?..
«…у дикаря», — хотела добавить Виола, но благоразумно осеклась.
Рагнар пожал плечами.
— Думаю, из-за Альвейг.
— Альвейг? Кто это?
— Сама у него спроси, — ответил он, глядя ей за спину.
Обернувшись, Виола увидела, что к ним приближается Бьорн.
— О чем «спроси»? — поинтересовался он.
— Об Альвейг, — смущенно пробормотал Рагнар.
У Бьорна дернулась щека. Он бросил на приятеля испепеляющий взгляд.
— Вот трепло безмозглое! Скажи лучше, жрать скоро будем?
Похоже, откровенничать он не намерен. Ну и черт с ним! А перекусить и правда не помешало бы: желудок скрутило от голода, ведь во рту с прошлого утра и маковой росинки не было. Пожалуй, Виола даже от жареного мяса не отказалась бы.
Рагнар поднялся с бревна и направился к пожиткам, наваленным под суконным навесом между палатками.
— Замерзла? — Бьорн присел рядом.
— Немного. — Она поплотнее запахнула плащ.
Он молча поднялся и ушел, а через минуту вернулся, принеся с собой две кружки и железный ковшик с деревянной ручкой. Примостившись у костра, он сунул ковш прямо в огонь. Виола увидела, что внутри плещется темная жидкость.
— Что это? — поинтересовалась она.
— Увидишь, — загадочно усмехнулся Бьорн.
Вскоре раздалось бульканье, из сосуда повалил пар. В воздухе разлился необычный аромат — пряный и хмельной. Бьорн снял ковш с огня, а когда напиток чуть остыл, наполнил кружку и протянул Виоле.
Теплые деревянные бока приятно согревали ладони. Виола поднесла кружку к губам. Пары алкоголя ударили в нос, заставив поморщиться, но на вкус было вполне терпимо. Она сделала еще несколько глотков, и по жилам разлилось приятное успокаивающее тепло.
Тем временем Бьорн потягивал напиток из своей кружки, молча взирая на пылающий костер. Яркие языки пламени придавали красноватый отблеск его лицу. Высокий лоб, прямой нос, красиво очерченные губы…
«Хоть бери, да на монетах чекань!» — подумала Виола.
— Так все-таки, что это такое? — Она кивнула на кружку.
— Горячее пиво.