— Такая судьба, — он пожал плечами. — Это было предопределено. Первую, что сумела тронуть наше каменное сердце, мы делаем Княжной.
— Откуда ты знаешь, что я не предам тебя? — напряженно спросила я, пальцами цепляясь за края бортика.
— Я бы хотел знать, что будет, — он протянул мне чашу с какой-то мутной жидкостью в ней. — Но это только в твоих руках. Я уже твой, а дальше ты имеешь право делать с моим сердцем то, что сочтешь нужным.
— И не боишься умереть?
— Я не буду бояться, если оставлю за собой наследника. Так что поторопись и выпей это, — Кощей протянул мне чашу.
— Что это? — я вскинула взгляд на Кощея и взяла чашу в руки.
— Ты ещё не любишь меня, Василиса, — четко проговорил он. — И я не хочу брать тебя силой.
Все внутри похолодело. Я поставила чашу рядом с собой, а потом сцепила пальцы замком. Напряженный взгляд Кощея скользил по моему лицу, пока я все медленно обдумывала.
— Не можешь подождать, пока я полюблю тебя? — вкрадчиво спросила я.
— Нет. Мне нужен наследник до того, как я начну умирать, — категорично ответил он.
— Я не стану тебя предавать, честно-честно! — взмолилась я. — Ну, пожалуйста.
— Василиса, выпей зелье, и ты ничего не почувствуешь и даже не вспомнишь! — нетерпеливо рявкнул Кощей, а я вздрогнула и поспешно взяла кубок в руку.
Мы играли в гляделки слишком долго. За это время я решила взвесить все за и против, и, успокоившись, приняла решение. Если это мои фантазии, то какая разница, что сейчас будет? Кощей был красив и располагал к себе. Учитывая то, что нормальных отношений у меня не было, а все прошлые интрижки только разочаровывали, перспектива быть женой горячего волевого мужчины весьма прельщала. В конце концов, я бы могла лишиться девственности с каким-нибудь моральным уродом, с которым мы бы разбежались через несколько недель. А так мне представлялась возможность запомнить свой первый раз уж точно на всю жизнь. Это же может быть и не навсегда, верно?
Я бултыхнула кубок прямо в воду весьма грациозно, а потом усмехнулась, глядя на рассеянного Кощея.
— Обещай только, что будешь осторожен, — робко попросила я, и Князь на секунду даже отпрянул, напряженно смотря мне в глаза.
— Конечно, радость моя, — вскоре выдохнул он, и, быстро сократив расстояние между нами, прильнул своими губами к моим. Они оказались совсем не холодными, а очень даже теплыми. И все его прикосновения — тоже.
***
Ночь накинула на себя алое покрывало зари, отправляясь на покой. Я только начинала смыкать глаза. Как оказалось, занятие любовью очень утомляет. И, кстати, лучше бы Кощей снова сделал меня безмолвной, ибо из-за того, что иногда я выражала свои эмоции слишком бурно, веротяно, вся нечисть в Лихоозере собралась и накатала на меня коллективную жалобу за нарушение общественного порядка.
— Василиса? — тихий голос Князя раздался в непосредственной близости.
— М-м-м? — я едва приоткрыла глаза и увидела над собой силуэт мужчины. Честно говоря, видеть его при свете стало слегка стыдно, но я держалась. В конце концов, я сделала это с мужем, а не с каким-то проходимцем.
— Тебе было неприятно? — спустя некоторое время спросил он, и это даже вызвало умиление. Кощей казался таким грустным и разочарованным, что мне стало жаль его.
— Только сначала, чуть-чуть, — честно призналась я и приподнялась на локтях, превозмогая сонливость. — Но потом все было куда лучше, чем я могла себе представить…
— Правда? — он приблизился ко мне, хватая за руки. — Я не отвратителен тебе?
— Нет, — я покачала головой и опустила глаза. — Я не могу тебя ненавидеть.
— Княжна! Скажи, что желаешь, и я все сделаю, — восхищенно выдохнул он и припал губами к моим ладоням и запястьям. Целовал долго и с чувством. Я даже успела смутиться и окончательно проснуться.
— Ты же не исчезнешь? — с горечью спросила я, пытаясь наконец убедить себя в том, что Кощей — не плод моих вымученных нервами фантазий.
— Это зависит от тебя, радость моя, — шептал Кощей, и я не знала, можно ли вообще было противиться его чарам. — Только от тебя.
— И что мне сделать для того, чтобы ты остался рядом навсегда? — спросила я, чувствуя губы Князя на своей шее и плечах. Кажется, так бережно со мной не обращался еще никто.
— Поцелуй меня, — серьезно заявил он, а потом медленно улыбнулся.
Я положила ладони на его щеки и прижалась губами к губам своего уже точно законного мужа. Он ответил с таким теплом, будто мы знакомы уже целую тысячу лет.