Воцарилось неловкое молчание. Кощей протянул ко мне руку, и я вложила свою ладонь в его. Не отрывая взгляда и этим нагнетая обстановку, он повел меня к купели. Едва мы поднялись по лестнице, он отпустил мою руку и грациозно спустился в воду. Глубина оказалась небольшой и вода доставала Кощею до пояса.
Обхватив за талию, Кощей на несколько секунд прижал меня к себе, и лишь потом опустил в воду. Теплая влага приятно сковала тело, а мои руки почему-то оказались на плечах Князя. Я пару раз моргнула и опустила взгляд.
— Я знаю тебя очень давно, — вдруг произнес он, и, снова приподняв меня, усадил на бортик купели. Намокшее платье прилипло к ногам, делая меня почти обнаженной.
— Как это? — я удивленно распахнула глаза.
— Тебе же не рассказали, почему ты вдруг оказалась здесь? — спокойно поинтересовался Кощей, и, выудив из воды одну из моих ног, критично посмотрел на царапины и ушибы, коими меня наделил неосторожный перелет и все вытекающие приключения. Аккуратно массируя и проводя по ушибам большими пальцами, Кощей только изредка посматривал на меня.
— Я вообще не понимаю, как все так вышло, — пожаловалась я, смущенно оглядываясь вокруг. Надо было бы закричать о том, что меня домогаются, но было так тепло и приятно, что тратить лишнюю энергию вовсе не хотелось.
— Ты полукровка, — тихо сказал Кощей. Родилась уже очень давно от союза Бабы Яги и человека, которого она заманила колдовской силой.
Звучало, как полный бред. Я покосилась на Кощея, как на умалишенного.
— Изначально это была твоя судьба, — посмотрев на меня, он опустил одну ногу и взялся за другую. — Быть Княжной тьмы. Мы подходили друг другу. Ты жила здесь несколько десятилетий, но не росла, оставаясь маленькой девочкой. Всё из-за проклятья.
— Какого проклятья? — я вскинула брови, погружаясь в сказочную реальность со всей серьёзностью.
— Прежний Князь, умирая, обрек существование здешних жителей на вечный покой. Время застыло. Ты прожила в лесу еще немного, а потом было решено отправить тебя в мир людей, где проклятье было бессильно, чтобы ты выросла.
Я приоткрыла рот, внимательно слушая Кощея. Честно говоря, абсурдность ситуации зашкаливала, но мне не оставалось ничего, кроме веры. Если я сошла с ума — стоило наслаждаться необыкновенностью этого мира, а если нет — нужно было принять все как должное и жить дальше.
— Но разве вы не бессмертные? — я непонимающе нахмурилась.
— Нас не убить ни мечом, ни ядом, ни любым другим оружием. Нас убивает наше сердце.
— Почему? — я замотала головой.
— Если Князь полюбил, но ошибся с выбором, предки карают его, — Кощей остановился и посмотрел на меня со всей серьёзностью. — Можно, конечно, сломать иглу нашей жизни, но ещё легче действовать через сердце.
— Как? — удивленно распахнув глаза, я вся обратилась в слух.
— Что, уже хочешь убить меня? — он криво усмехнулся и потянулся за чашей, взявшийся откуда ни возьмись на бортике рядом со мной.
— Вовсе нет, мне просто нужно разобраться в этом… — оправдалась я, хотя стало отчасти стыдно.
— Нельзя делать Княжной ту, что имеет гнилое сердце. Прежний Князь умер после предательства своей жены. Лес не принимает чего-то неполноценного, так что следовала расплата. Сердце Князя в руках нечестивой жены стало рассыпаться и вскоре совсем исчезло.
— А как же все те сказки про царевен? Кощей всегда выкрадывал их у отца или жениха…
— Вот именно, что сказки… — фыркнул Князь. — Бывало так, что какой-нибудь царевне полюбится Князь, она его уговорит себя украсть, а потом её жених придет и сломает иглу жизни. Вот и вся сказка. А что потом людям говорить? Конечно, Кощей виноват. Украл-опорочил, злодей.
— Все твои предки выглядели, как ты? — я наклонила голову. — В сказках Кощей страшный тощий старик.
— Не все, но большинство. В конце концов, какой же страшный старик может быть плодом союза Кощея и какой-нибудь Василисы Прекрасной?
— И твои предки были вечно молодыми? — не переставала сыпать вопросами.
— Конечно, если у них было все в порядке с союзом, — кивнул Кощей. — Те страшные старики из ваших сказок — медленно умирающие Князья, пытающиеся найти царевну, которая полюбит их. Вот они и крали девушек, но и это не от большого желания, конечно. Пытались спастись и продолжить род.
— А что, у вас тоже рождаются дети? — я действительно изумилась.
— Конечно, — Кощей пытался не смотреть на меня, как на полнейшую идиотку. — Иначе как бы я стал пятисотым?
Я понятливо покачала головой. Честно говоря, сказанное не вмещалось в рамки, сколоченные бабулей в детстве. Сказки, оказывается, все это время безбожно врали.
— Ну и почему же я? — кажется, это был самый актуальный вопрос.