В Центральном узле царили яркий свет и стерильные тени: мягкое свечение стен прогнало все страхи в подвал, где им было самое место. Несколько смущенный, Брюкс взглянул на Лианну, пока они обходили зеркальный шар.
В ней не было ни смущения, ни робости. Пожалуй, она казалась даже более взволнованной, чем когда они стояли на форпике.
– Похоже, она взломала сенсоры.
– В смысле?
Лианна пошевелила пальцами в воздухе, и на переборке появился ИНТЕРКОМ. Сенгупта была на корме, рядом с трюмом, Мур – в комнате отдыха. Иконка Валери ободряюще сияла зеленым в ее личном отсеке вместе с серыми точками.
– Корабль больше не знает, где она находится. Вампирша может оказаться где угодно. За любой дверью.
– Зачем она это делает? – Брюкс заглянул в дыру на потолке, когда Лианна ухватилась за лестницу. – Чем она вообще занималась наверху?
– А ты ее видел?
Он покачал головой:
– Не смог посмотреть.
– Я тоже.
– Значит, мы не знаем наверняка, была Валери наверху или нет.
Лианна выдавила из себя нервный смешок:
– Хочешь вернуться и проверить?
Здесь, среди яркого света и сверкавших машин, было трудно не чувствовать себя полным идиотом. Брюкс опять покачал головой:
– Даже если она там, что такого? Она же не под арестом. К тому же Валери ничего не делала, только зубами скрипела.
– Она – хищница, – заметила Лианна.
– Она – садистка. Специально действует мне на нервы с самого начала полета; думаю, ее это возбуждает. Джим прав: если бы она хотела нас убить, мы бы уже сыграли в ящик.
– Может, именно так она нас и убивает. Вдруг она – мамбо [454]?
– Мамбо, значит.
– Вуду работает, старомодник. Страх вклинивается в сердечные ритмы, адреналин убивает сердечные клетки. Можно буквально напугать кого-то до смерти, если правильно взломать симпатическую нервную систему.
«Ну вот, теперь у нее и вуду реально, – подумал Брюкс. – Чего не сделаешь, чтобы приписать плюсик к могуществу религии».
Поднимаясь, Брюкс столкнулся с Муром, который направлялся вниз.
– Привет, Джим.
– Дэниэл.
Последнее время они встречались редко. За едой или после нее, во время светло-синего дня или более теплых оттенков ночного цикла полковник не вылезал из КонСенсуса. Он никогда не говорил, что там делает. Разумеется, зубрил информацию об «Икаре» и исследовал телеметрию, которую послал «Тезей», прежде чем исчезнуть в тумане. Но детали Мур держал при себе, даже когда выходил передохнуть.
Брюкс остановился у подножия лестницы, ведущей на камбуз.
– Эй, кино посмотреть не хочешь?
– Что?
– «Молчание кукурузы». Вроде игры, которую можно только смотреть. Ли говорит, это еще с тех времен… ну, знаешь, когда не умели внедрять желания прямым путем. Приходилось манипулировать людьми, чтобы те испытывали эмоции с помощью сюжета, персонажей и всего такого.
[454] Женщина-жрец в религии вуду, которая общается с духами и владеет всеми основными практиками заклинаний.