Это, конечно, Нолан. Кларк, подходя к медотсеку, слышит ее рычание:
— Ах, так ты еще и обделался, чертов педик...
Кларк протискивается в люк. В ноздри бьет кислая
смесь страха и фекалий. Да, Нолан, и на подмогу вызвала Кризи. Кляйн отброшен в угол, избит и весь в крови. Может, пытался встать на пути, а может, Нолан пыталась его вынудить.
Джин Эриксон наконец-то пришел в себя и скорчился на столе, как зверь в клетке. Растопыренными пальцами он упирается в изолирующую пленку, и та растягивается, будто невероятно тонкий латекс. Чем сильнее рифтер напирает, тем больше сопротивление: он еще не до конца вытянул руку, а мембрана уже достигла максимальной прочности — вдоль линий сопротивления расцветают маслянистые радуги.
— Твою-то мать, — рычит Джин, опускаясь на место.
Нолан, присев, по-птичьи склоняет голову набок в
нескольких сантиметрах от окровавленного лица Кляйна.
— Выпусти его, птенчик.
Кляйн плюется кровью и слюной.
— Я же сказал, он...
— Не подходите к нему! — Седжер вламывается внутрь, словно последних пяти лет — и пяти минут — и не было вовсе. Не успевает она дотронуться до плеча Нолан, как Кризи отшвыривает ее к переборке.
Нолан стряхивает воображаемую грязь с места, которого коснулась рука Седжер.
— Голову не повреди, — приказывает она Кризи. — В ней может быть пароль.
— Так, все. — Хоть у Роуэн хватило ума остаться в коридоре. — Быстро. Успокойтесь.
Нолан фыркает, мотает головой.
— А то что, обмылок хренов, ты охрану вызовешь? Прикажешь нам «очистить помещение»?
Белые глаза Кризи разглядывают Седжер с расстояния в несколько сантиметров. Эти глаза над ухмыляющимися бульдожьими челюстями грозят бессмысленным и бездумным насилием. Говорят, Кризи умеет обращаться с женщинами. Нет, с Кларк он шуток не шутил — как правило, с ней вообще никто не связывается.
Роуэн заглядывает в открытый люк, лицо у нее спокойное и уверенное. Кларк видит мольбу за этой самонадеянной маской. Первое побуждение — не замечать ее. Ногу раздражающе покалывает. Кризи за плечом чмокает губами над Седжер. Его рука зависает у нее над подбородком. Кларк его игнорирует.
— В чем дело, Грейс?
Нолан хищно улыбается.
— Нам удалось привести его в чувство, но тут Норми, — она рассеянно толкает Кляйна в лоб, — наложил на стол какой-то пароль. Мы не смогли опустить мембрану.
Кларк оборачивается к Эриксону.
— Ты как себя чувствуешь?
— Они со мной что-то сделали. — Джин кашляет. — Пока я был в коме.
— Да, сделали. Спасли его... — Кризи бьет Седжер головой о переборку. Седжер умолкает.
Кларк не сводит глаз с Эриксона.
— Когда шевелишься, кишки не вываливаются?
Юн неуклюже поворачивается, показывая ей живот:
мембрана натягивается на голове и плечах, словно амниотический мешок.