Она допрашивала азиатку у границы Северной Калифорнии. Фильтр поставила на кантонский: перед глазами полз английский текст, который сразу озвучивался шепотом в наушниках.
Неожиданно возник сбой. Голос в ухе Перро настаивал, что «Я не знаю эту Лени Кларк, но слышала об Амитаве», а на экране возникло нечто совсем иное:
– Подождите. Подождите секунду, – сказала Перро. Беженка послушно замолчала.
А текст продолжал ползти по экрану.
Информация быстро исчезла, как только Су-Хон очистила окно. Но тогда заговорили наушники.
– Лени Кларк была слишком… даже ваши антидепрессанты, кажется, на нее не действовали, – сказали они.
Слова Амитава. Их она запомнила.
Только это был не его голос, а что-то холодное, лишенное всякой интонации и акцента. Очень знакомое и нечеловеческое. Произнесенные слова конвертировали в стандартный код, а потом реконструировали на другом конце: простой трюк для уменьшения размера файла, но интонация и чувства в процессе исчезают.
Слова Амитава. Голос Водоворота. Перро почувствовала, как у нее покалывает в затылке.
– Привет? Кто это?
Беженка снова заговорила. Су-Хон понятия не имела, о чем та рассказывала. Явно не о
возникшем на экране.
– А что там с Лени Кларк? – Способов отследить источник не было – по данным системы, сигнал шел от озадаченной азиатки, стоявшей на побережье Северной Калифорнии.
– Лени Кларк, – тихо повторил мертвый голос. – И вдруг из ниоткуда появилась эта К-отборщица, на вид прям как эти старые литтвари с зубами, ну ты знаешь, вампиры.
– Кто это? Как вы пробились на этот канал?
– Хочешь узнать о Лени Кларк, – если бы слова произнес кто-то из плоти и крови, они бы приобрели вопросительную интонацию.
– Да! Да, но…
– Она пока на свободе. Les beus, скорее всего, ее ищут.
Оперативные данные выплеснулись на текстовый экран:
– Кто ты?
– Ин Ну Ши. Я уже говорила.
Женщина на берегу вернулась на положенное место в схеме. Существо, захватившее его, куда-то исчезло.
Су-Хон не могла его вернуть. Даже не знала, с чего начать. Остаток дежурства она никак не могла успокоиться, ожидая таинственных заявлений, вздрагивая от любого щелчка или вспышки в шлемофоне. Ничего не происходило. Перро отправилась в кровать и долго смотрела в потолок, едва заметив, как Мартин лег рядом и снова предпочел «не подталкивать».
«Кто такая Лени Кларк? Что такое Лени Кларк?»
Определенно, не просто одна из выживших. И не только удобная икона для Амитава. И даже не просто взрывоопасная легенда, прожигающая себе путь через всю Полосу, как раньше думала Перро. Важнее всего этого. А вот насколько, Су-Хон не знала.
«Она пока на свободе. Les beus, скорее всего, ее ищут».
Каким-то образом Лени Кларк проникла в сеть.
Призрак
Труп совершенно не беспокоил Трейси Эдисон. Он не был похож на маму, даже на человека не походил. Всего лишь куча фарша, заваленная гипсом и цементом. Из-под обломков на них беспардонно уставился чей-то глаз, и он был даже подходящего цвета, но на самом деле маме не принадлежал. Не по-настоящему. Мамины глаза остались только в воспоминаниях Трейси.
Им не хватило времени даже все проверить. Папа схватил ее, засунул в машину (прямо на переднее сиденье, целое событие), и они оттуда уехали, не останавливаясь. Трейси оглянулась, и снаружи дом выглядел на удивление неплохо, кроме той самой стены да части за садом. Они свернули за угол, и дом исчез.