Фантастические циклы и отдельные романы. Компиляция. Книги 1-11: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Да это просто… – Соломинка всплыла на поверхность разума, и Ахилл за нее ухватился: – Почему ты так уверена? С чего? Ты же думала, что у тебя даже данных для работы не хватает.

– Я ошибалась.

– Но… ты же говорила, нет фосфолипидов. Нет…

– У него нет этих веществ. И никогда не было.

– Что?

– Он простой, настолько простой, что, черт возьми, почти неуязвим. Нет двухслойных мембран, нет… – Джовелланос взмахнула руками, словно сдаваясь. – Да, я действительно думала, что они нахимичили с образцом, чтобы я не украла промышленные секреты. Может, даже отфильтровали какие-нибудь вещества, каким бы глупым это ни казалось. Корпы и тупее штуки выкидывают. Но я ошибалась. – Она нервно провела пальцами по волосам. – Все было на месте. Все. И знаешь почему, как мне кажется, они все-таки нахимичили с образцом? Боялись того, что эта штука может выкинуть в первозданном виде.

– Блин. – Дежарден внимательно рассматривал бусины, вращавшиеся на экране. – Значит, мы или остановим эту хрень, или будем есть из циркуляторов Кальвина всю оставшуюся жизнь.

Глаза Джовелланос светились, словно кристаллы кварца.

– Ты так ничего и не понял.

– А что еще мы можем сделать? Если он подрежет всю биосферу на корню, если…

– Ты думаешь, дело в защите биосферы? – закричала она. – Думаешь, им не наплевать на гибель окружающей среды, если можно синтезировать себе путь из пропасти? Думаешь, они запустили такую процедуру зачистки, чтобы защитить дождевые леса?

Ахилл уставился на нее.

Джовелланос покачала головой:

– Кайфолом, эта штука может проникать прямо в наши клетки. Циркуляторы Кальвина – ерунда. Серные добавки не помогут. Ничего из того, что мы принимаем внутрь, до метаболизма пользы не приносит – и что бы мы ни съели, как только оно проникнет сквозь клеточную мембрану… там уже Бетагемот, прямо в первых рядах. Нам уже повезло больше, чем мы того заслуживаем. Конечно, здесь он не столь эффективен, как в гипербарических условиях, но это значит лишь то, что местные могут побить его в девяноста девяти случаях из ста. И…

И кубики все катились и катились, и в сотый раз приземлились прямо на берегу Орегона. Дежарден понимал расклад: при достаточных количествах микробы сами устанавливают правила. Теперь под солнцем появилось место, где Бетагемоту не нужно подстраиваться под чей-то еще мир. Он создавал свой собственный: триллионы микроскопических преобразователей уже работали в почве, меняя кислотный и электролитный баланс, лишая преимуществ местных жителей, столь прекрасно приспособленных к тому, как все развивалось раньше…

Перед Ахиллом разворачивались все катастрофы, которые он когда-либо видел, вместе взятые, очищенные, низведенные до голой сущности. Хаос разразился, и, возможно, его уже было нельзя остановить: маленькие пузыри вражеской территории станут разрастаться вдоль берега, потом на континенте, а затем по всей планете. В конце концов ситуация достигнет критической точки, кратковременного равновесия, представляющего интерес для теоретиков, когда пространство внутри и за пределами пузырей станет равным. А мгновение спустя Бетагемот вырвется наружу, превратится в новую норму, обступающую со всех сторон сужающиеся на глазах ниши какой-то иной, уже никому не нужной реальности.

Элис Джовелланос – бунтарка внутри Системы, лицо безликих, непоколебимый защитник прав личности – смотрела на Дежардена с гневом и страхом в глазах.

– Любыми средствами, – сказала она. – Любой ценой. Или у нас точно больше не будет работы.

Надвигается буря

«Он что-то знает, – подумала Перро. – И оно их убивает».

Не только Су-Хон управляла «оводами» на Полосе, но, кажется, лишь она заметила «палочника». Даже упомянула его мимоходом в разговоре с коллегами, однако встретила спокойное равнодушие; на Полосе тусовались одни безмозглые, это было стадо, за которым приглядывали вполглаза. И кому взбредет в голову с этими скотами общаться? Для развлечения они слишком скучные, для восстания – слишком смирные, а для действий – слишком слабые, даже если этот Амитав и в самом деле задумал взбаламутить им мозги. С функциональной точки зрения обитатели Полосы практически невидимы.

Но уже на следующий день в «овода» Перро бросили три камня, а люди, наблюдавшие за ботом, казались далеко не смирными.

«Вы так верите в собственные машины, – сказал Амитав. – Никогда не задумывались, что они не так уж хорошо работают, как вы считаете?»

Может, для беспокойства не было причины и загадочные намеки Амитава лишь подстегнули воображение Су-Хон. Люди на Полосе по-прежнему безобидно и бесцельно кружили по берегу, а горстка метателей камней в многомиллионном населении казалась практически незаметной. Хоть какие-то намеки на волнения можно было заметить лишь рядом с «палочником».

Вот только люди на этом участке орегонского побережья… отощали, что ли?

Трудно сказать. Изможденные лица на Полосе никого не удивляли. Гастроэнтерит, закрытый туберкулез, сотни других заболеваний, приводящих к потере веса, процветали в этой скученной среде, совершенно не обращая внимания на антибиотики, которые по традиции добавляли в пищу из циркулятора. Если люди теряли вес, то недоедание было наименее вероятной причиной такого явления.

«Только отказавшись от пищи, они увидели подлинную сущность этих машин…»

Амитав отказался объяснить, что имел в виду. Когда она ненавязчиво переводила тему, он не обращал внимания на наживку. Когда же спрашивала прямо, отделывался от нее горьким смехом.

– Ваши прекрасные машины – и не работают? Невозможно! Всем хлебов и рыбы!

А изнуренных апостолов становилось все больше, они тащились за ним, словно хвост тлеющей кометы. У некоторых, кажется, стали выпадать волосы и ногти. Перро пристально смотрела в их закрытые, враждебные лица и с каждой минутой убеждалась, что дело не только в ее воображении. Голод разрушает тело не сразу – проходит неделя, прежде чем плоть начинает зримо исчезать со скелета. А некоторые из этих людей словно за одну ночь опустели. У других же началась еле заметная депигментация кожи на руках и щеках непонятного происхождения.