Мы рассмеялись. Ведь так оно и будет. Сейчас выпускники разобьются на группки, и кто-то пойдет домой пить чай с тортиками, а кто-то — в парк, чтоб перехватить из бумажного стаканчика или прямо из горлышка что-нибудь покрепче…
— А, кстати, почему мы сегодня не слышали «Куда уходит детство?» — спросил Никита, кивнув на наших соучеников, ручейками, ускользающими со школьного двора. — Очень ведь было бы своевременно.
— А действительно, почему?
Сережа пожал плечами.
— Наверное потому, что мы её еще не написали?
— Странно. Пугачёва есть, а такой песни нет. Непорядок! Поправим?
Никита отвернулся от одетых в праздничные платья девушек.
— А действительно, есть песня или нет?
— Думаю, что нет, — сказал я. — Если б была, то мы бы её уже раньше услышали, да и сегодня её обязательно завели бы. Так что сами понимаете…
— Свято место пусто не бывает. Слова кто написал, кто помнит? А музыку?
Мы помолчали, глядя друг на друга и я подытожил:
— Никто не помнит. С очень высокой вероятностью музыку Зацепин написал. Причем ближе к концу 70-х, а вот слова… Даже не хочу предполагать.
Наши нынешние ровесники таким вопросами не заморачивались. Выходя со школьного двора, они собиралась в группы и шли по своим делам, а над всей этой суетой продолжала звучать песня.
— Суббота… Школа закрывается… — сказал Сергей, а Никита, в пику Мосэстраде напел «School closes on sabbat…»
И сделал это очень своевременно, повернув наши мысли.
— Вы про Фестиваль читали?
Сергей вздохнул.
— Берлин… Молодежь…
— Девочки разных цветов кожи, — продолжил Никита, словно читая его мысли. — Мулатки-шоколадки…
— Ты мои мысли читаешь или свои транслируешь? — подозрительно поинтересовался наш барабанщик.
— Вы тут бросьте… — остановил я их. — Чувствую миазмы буржуазного разложения. О другом думать надо…
— О душе, что ли?
Скептицизм Никиты был легок, но понятен.
— Вот бы куда мотануть… — не остановился Сергей. Глаза его затуманились. — Я, кстати, в Берлине уже был. Ну… Тогда.
Он имел ввиду наше прошлое будущее.
— Забудь. Мы теперь не в том времени живем…
— А я и не забывал, что в другом… Но мотануть хочется… — Он снова вздохнул.
Мы помолчали. Школа кончилась. Взрослая жизнь еще не началась, но её начало уже было видно. Совсем рядом маячили школьные экзамены, а потом институтские… Вот именно поэтому хотелось праздника. Пусть даже не такого как Фестиваль с мулатками-шоколадками, а размером поменьше. Пусть даже не персонально нашего, пусть чужого, но такого, на котором и нам нашлось место. С гитарами и барабанами.
— Директор ДК ничего не говорил? Может быть свадьба у кого?
— Молчит директор, как рыба об лед. И вообще надо об институтах думать.