Оператор моего настроения: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Было бы неплохо, — киваю и обжигаюсь, сделав слишком поспешный глоток.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Добавь молока, — подталкивает молочник ближе ко мне и, наблюдая за мной, хмыкает. — Татьяна Федоровна, мама Лизы, будет против. Борис, каким бы он ни был, в ее картинке мира смотрится более подходящим для дочери, если понимаешь о чем я, Макс.

— Более чем, Яр, но это не ее дело, — пальцы впиваются в кружку, и это не остаётся незамеченным.

— Не злись. Просто предупреждаю, что придется повоевать с ней какое-то время и перетерпеть. Увидит, что Лизон счастлива, и успокоится. Тетка она неплохая, но смотрит на все со своей колокольни и иногда перегибает в том, что касается Лизы.

— О'кей. Спасибо за инфу.

— Не за что, Макс, — поднимается, идёт с кружкой к дверям и оборачивается, не дойдя до них пару шагов. — И вот ещё что. Не обижай ее, Макс. Она тебе этого не простит. Особенно после Рокотова.

— Ни за что.

— Тогда, как ты говоришь, все о'кей.

От упоминания Боречки в груди вспыхнула адская злость, но я мог беситься и скрипеть зубами до второго пришествия — на фоне солидного дядечки в костюме я, в толстовке и широких штанах, выглядел не иначе, как распиздяй распиздяем. В словах Яра был смысл, хоть заупирайся, что все ровно и типа такой стиль. Это мои предки смотрели на меня адекватно и закрывали глаза на закидоны, а Лизина мама увидит какое счастье свалилось ей на голову, пошлет на хер и будет ебать как права. Разговаривающее на матах и непонятном сленге чудо в татуировках — та ещё радость. Проще пристрелить, чтобы не мучаться, чем въезжать в тему и слушать, что плащ и капюшон — отличительная фишечка, а татухами сейчас забиваются далеко не урки. Мои-то были не сильно в восторге, узнав про рукав. Что тогда говорить про других? Насрать и забить? Допустим. Только мама Лизы по любой начнет трахать ей мозги. Типа, посмотри на эту срань господню и на себя, охренеть не встать парочка, да, доча? И ведь, блядь, будет по-своему права. Сука.

Скрежетнув зубами, допиваю остывший кофе, мою кружку и лезу в мобилу проверить чё там Фил — проснулся или всё ещё дрыхнет. В ВК на его аватарке зелёная точка онлайна, отбиваю сообщение, чтобы спускался вниз на перекур и топаю за плащом.

— Чё такой взмыленный? — Фил зевает, поеживаясь от ветра. — Блядская зима. Заебала уже в край.

— Угу, — киваю, затягиваюсь сигаретным дымом и сам драпируюсь по полной. — Дубово че-то. Слушай, тут такая тема… Филыч, только не ржи, ок?

— Ну. Ты говори быстрее, а не тяни резину, Клей. Яйца скоро звенеть начнут.

— О'кей. Я чет подумал и это… Короче, мне бы прикид поменять на что-нибудь офисно-понтовое, а я в этом раньше кукухой отъеду.

— Из-за Лизы что ли?

— Типа того.

— Пиздос, — все же ржет, но кивает. — Ангела попрошу. Сводит тебя на шоппинг. Хотя тебе галстук не поможет. Ты рожу свою видел? На ней русским по белому написано: "поц".

— Сам ты поц! — завожусь с пол оборота и давлю недокуренную сигарету в пепельнице. — Спасибо, братишка. Ебать как помог.

— Притухни уже. Как малолетка нервная. Сказал, что сгоняем, значит сгоняем. На крайняк бате брякну, намутим тебе стилиста и сделаем все по высшему разряду. Боречка кипятком обоссытся. С тачкой решил?

— Ну, допустим, решил, — бурчу и передаю мобилу с открытой страницей своего заказа Филу. — Вот. "Вольвешник" хочу взять. Там и безопасность и вообще. Только ценник конский.

— Не с хер и конский, — пролистывает фотографии-рендеры и список всех выбранных допов и кивает. — Норм варик. Бери и не жмоться, бабки скину. Отдашь, когда сможешь.

— Спасибо, братка. И это… Я смотаюсь на выходных к своим?

— Клей, ты что как маленький? Хочешь, едь. Слушай, замри-ка на минутку, — повернувшись, Фил осматривает меня с головы до ног, скалится в тридцать два и мотает головой, давясь от смеха. — Не, не могу.

— Что?

— В костюме тебя представить не могу. С вами поеду. Хоть поржу.

— Да пошел ты!

— Максим Сергеевич, выбирайте выражения. Вам теперь по статусу не положено, — Фил гогочет в голос, хлопает меня по плечу и кивает в сторону дверей. — Все ровно, братка, не кипишуй. Погнали обратно, а то пальцы скоро к херам отвалятся. Сука, когда ж потеплеет-то, наконец?

20

Ли

Принципиально не раздеваюсь и не снимаю обувь, войдя в свою квартиру. Ещё на повороте к парковке у дома увидела Борин "Прадо", стоящий багажником к дверям подъезда, и минут тридцать просидела в машине, не решаясь подняться и остаться с ним один на один. Лишь увидев Рокотова, выходящего на улицу с сумками, заглушила двигатель и вышла, судорожно сжимая в ладони найденную в кармане зажигалку — сигареты выбросила, а ее нет. Оставила зачем-то, а теперь радуюсь тому, что она есть — хоть что-то придающее уверенности и защищённости. Можно было не отказываться от предложения Макса поехать вместе, но ставить точки в его присутствии я не смогу — глупый мальчишка сорвётся на первом слове Рокотова. Сорвётся, услышав обвинения в мой адрес, а они обязательно будут, и полезет защищать. Только сделает это по-своему, кулаками, а Боря ответит и уже не остановится. Даже если я снова брошусь на него, закрывая собой "мажора, испоганившего нашу жизнь". А нашей жизни, как и нас, не было. Была инерция, нервы, раздражение и редкие, по пальцам одной руки пересчитать можно, моменты озарения. Когда я срывалась, а Боря внезапно вспоминал, что живёт не с роботом, а с живым человеком, которому хочется каплю внимания. Взрослый мужчина и глупый мальчишка. То, что я так ждала и просила у одного, второй давал мне без намеков и просьб. Потому, что я есть, а не потому, что так надо. До боли простая арифметика, если найти в себе силы открыть глаза и посмотреть на все со стороны.