Улыбающаяся Савада, перекатываясь с пятки на носок и держа руки за спиной, обернулась к ним. В улыбке не было добродушия. Совсем.
– Я давно поняла, что семья – это те, кого мы выбираем. И принимаем. Настоящая семья и узы не определяются кровью… Мама – исключение. Мы с ней родны и по крови, и по духу. А отец…
Тсуна дернула плечами, не договаривая.
– Я встану на сторону тех, кто стал мне ближе за неполный год. Тех, кто, несмотря на прошлые стычки и ложную информацию, открылся мне и пытался исправить ошибки прошлого.
И что бы Хаято и Такеши ни думали, они не собирались оспаривать мнение подруги. Кому-то она покажется дурочкой, которая выбрала друзей, а не собственного отца, но иначе Тсуна не могла. Она пыталась. Много раз. Вначале пыталась простить Емицу за мафию. Потом поладить с ним.
Черт побери, она действительно старалась! Но до конца принять не смогла. И вина не на ней.
Тсуна прикладывала усилия, чтобы убедить себя в правильности решения… но получалось худо, потому что ей не хотелось все так заканчивать. Это же… это…
– Вы что-то поздно, – детский голосок прервал и ее душевные метания, и Гокудеру, который собирался подбодрить босса.
Реборн стоял на ограде, смотря с высоты, что в его нынешнем теле удавалось нечасто.
– Да вот, задержались немного, – ловя совершающего прыжок веры Леона, сказала Тсуна.
– Заходите в дом, надо кое-что обсудить.
Следуя за Реборном в ее собственную комнату и замечая хмурые взгляды парней, Тсуна мысленно билась головой о ближайшую стену. Она знала, что будет темой обсуждения.
Господи, когда же уже наконец появится луч света в этом темном царстве?
========== Глава 64. Не поздно ли ещё обменять Систему на бессмертие? ==========
Комната Тсуны была погружена в тишину. Все находящиеся здесь раздумывали над услышанным, но каждый рассматривал наиболее интересующий его аспект. Такеши пытался представить Реборна до проклятья, о котором им только что поведали. Хаято мысленно, а иногда и вслух ругался. Ему не нравилось, что на Десятую снова свалилась проблема, ведь Тсуна заслуживала пожить беззаботно, не разгребая дерьмо за какими-то мудаками. Сама же девушка устроила мозговой штурм, который, на самом деле, не прекращался последние дни. Тсуна знала, что сроки поджимают, а от нормального плана был только огрызок. Ей нужно срочно все расставить по полочкам и решить, как действовать. Ох, как проще было бы, если бы сразу несколько действующих лиц не запретили ей делиться информацией, она бы не была в такой заднице из собственных интриг.
В комнате также находился Дино, который переваривал рассказ бывшего репетитора. Живя в мире мафии, невозможно не знать об Аркобалено, но, конечно, данные, которыми он располагал, и близко не подобрались к правде. Дино не знал о мужчине в железной шляпе или, как иначе его прозвали, о Шахматноголовом, как не был в курсе деталей становления Реборна проклятым младенцем. Сегодняшний день эти дыры в познаниях закрыл.
– Ты хочешь предложить нам стать твоими представителями? – Каваллоне тянуть не собирался, переходя сразу к делу.
Все в комнате выпрямились.
– Верно, – Реборн кивнул. Вид у него был… недостаточно уверенный? Словно он делал все нехотя, словно мотивация в виде снятия проклятия слабовата.
– Окей, – быстро согласился Дино, растянув губы в добродушной улыбке. – Я буду рад помочь. К тому же ты редко просишь помощи.
Киллер усмехнулся, возвращая привычное ехидство на лицо.
– А ты, глупая Тсуна?
– Ой, если просишь об одолжении, то мог бы обойтись без обзывательств! – рефлекторно ощетинилась Савада. Вздохнув, она распустила туго стянутый хвост и взъерошила волосы. – Ты действительно предлагаешь мне выбор? Это не риторический вопрос? Где подвох, супостат?
Реборн закатил глаза.
– Я же хороший репетитор, я интересуюсь мнением своих учеников… Уберите этот скепсис со своих лиц… живо!
Дино и Тсуна, переглянувшись, криво заулыбались.
– Можем составить список событий, когда ты предлагал выбор, – предложила девушка.
– Уточню, когда ты предлагал нормальный выбор, а не «прыгни со скалы» или «дерись с медведем», – Каваллоне передернуло от воспоминаний.