– Ты знаешь, что мы отмечаем сегодня и что тебя ждут подарки, так к чему притворяться? – спросил Реборн, не зная удивляться ему или нет.
– Но я хочу вечеринку-сюрприз… – выпятив губы, проныла она.
– Мало ли что ты…
– Ой, надо будет сделать в следующем году, – спохватилась мама.
– Без спойлеров, пожалуйста! – озорно выкрикнула Тсуна.
Реборн закатил глаза.
– Да ладно вам, я погуляю и потом сделаю вид, что не знала обо всем, что тут происходит.
Спорить с ней никто не стал, все знали, что против ее затей не пойти, а у Реборна и вовсе не было мотивации для шутливых переругиваний. Дел и так по горло.
Так что спустя пару минут Тсуна была на свободе, все отдаляясь и отдаляясь от дома. И мрачнея. Потому что можно было не стараться выглядеть непринужденно. Особо сильно прогулка не помогала, и на что Тсуна рассчитывала? Ах, ну да, побыть одной, чтобы не спалить свою кислую мину перед кем-то.
Присев на качели, девушка начала тихо раскачиваться, но вскоре медленный темп надоел, и Тсуна сильнее оттолкнулась от земли и зажмурилась. И почему-то стало легче, будто свистящий ветер выдувал неприятные мысли вон. Тсуна давно овладела мастерством позитивного мышления и долго ходить, понурив голову, не могла. Кажется, последние пару недель – личный рекорд по начальной стадии депрессии.
– Проблема с пламенем решаема!
Она кивнула своим словам, спрыгнув с качелей и еле удержав баланс.
– У нас праздник, и это круто!
Уверенно произнесла она с улыбкой.
– Мои близкие рядом!
Точно-точно.
– Все будет хорошо, и Шахматноголовый не помеха!
И пусть какой-то мальчуган странно покосился на нее, кричащую эти недо-лозунги, Тсуну было не остановить. Чувствуя, как шагать становится легче, она направилась обратно домой, готовясь замечательно провести вторую половину дня. Повеселиться! Наесться! И… Что?
Савада застыла рядом с углом дома, за которым была нужная ей улица. И застыла девушка не по своей воле. Ноги просто-напросто отказывались двигаться, холодок, пробежавший по всему телу, вызывал мурашки. Интуиция что-то шептала.
У Тсуны не получалось повернуть или опустить голову, но даже так для нее не составило труда заметить струящиеся черные тени внизу. Развернувшееся по чужому велению тело ощущалось деревянным, а пришедшие в движение ноги пугали тем, что направились совсем не в ту сторону.
И, черт бы всех побрал, Тсуна прекрасно знала, куда, а точнее к кому, она идет.
Стоит ли уточнять, что это не радовало?
***
У порога своего дома Тсуна оказалась минут через сорок в еще более мрачном настроении и со стопкой новых проблем.
Потерев виски, она толкнула дверь и зашла в коридор.
– Сюрприз!
– С Днем Рождения!
Голоса и шум полились на Тсуну жизнерадостным потоком. Девушка резко затормозила, рефлекторно сделав шаг назад и почти встав в оборонительную стойку. Она растерянно захлопала глазами, смотря на членов семьи и друзей, которые ее встречали.
– О, – единственное, что вырвалось из ее рта. Она забыла. Ух, хотелось бы пошутить про склероз, но она знает причину. Ее голова забита совсем не праздником.
Реборн фыркнул, наблюдая за экспрессией ученицы. Он был уверен, что притворяться удивленной – пустая трата времени. Все остальные тоже ставили на то, что Тсуна прикидывается. Поэтому ей пришлось возвращаться в привычную колею, стараясь не выдать тяжести решения, что она недавно приняла.