– Конечно, Тсуна-чан, – Рёхей не видел необходимости во всем этом, зачем усложнять и так непростой день?
– И не деритесь? – неуверенно просит Савада.
– Оя, а кто-то собирался? – все знают, кто.
Тсуна вздыхает и возвращается в обитель мафиози. Все начинается по новой.
– Не могу поверить, что выбрали такую слабую девочку, – слышит Тсуна.
Савада, ради которой эта сцена и разыгрывалась, спокойно прошла мимо. Она не может вступить в словесную баталию, хотя ей сразу вспоминаются моменты из книг и манги, где главные героини защищают свою честь и ставят обнаглевших на место. Но ей так делать нельзя. Информация в листе дона Баретти говорила, что его семья пусть не являлась костяком Альянса, но в последние годы они оказывали большую поддержку Вонголе и были верны Королевской семье. Так что Тсуна должна молчать. Напрягшийся рядом Гокудера тоже ничего сказать не мог, он сейчас не в школе и не может наорать на обидчика Десятой, угрожая подорвать всех.
– Ши-ши-ши, наверное, дону Тимотео и Внешнему Советнику очень понравится, когда я передам им услышанное, – а вот Бельфегору на приличия было наплевать. Он же принц.
– Прошу прощения, – Баретти легче и правильнее признать свою грубость на публике, чем сбежать, хотя и то, и то является ударом по его чести.
– Все в порядке, – Тсуну это не задело. Если бы она близко к сердцу принимала все обидные слова, то вряд ли бы она стала «странной Тсуной» для школы и гордилась этим. К тому же в будущем она собиралась встряхнуть Вонголу и мир мафии своими шутками, так что ее ждет много милых отзывов о себе. – Я уж думала, никто из вас не подойдет, – обращается она к варийцу.
– Ши-ши, я не капитан, чтобы пытаться скрыться от тебя.
– Хахах, передай, что я обиделась.
– А он только обрадуется.
– Оу, тогда забудь, но вот Занзасу скажи, что он многое потерял, пропустив момент моего великого восхождения.
– Босс прибьет тебя… или меня за это сообщение.
Надолго Бел не задержался, умотав на поимку Мармона, которого приходилось весь вечер оттаскивать от людей, чтобы он перестал вымогать деньги грязными путями. Это не запрещалось, но не перед носом Тимотео же?
Бельфегор напоследок кинул что-то про то, что теперь-то она точно принцесса и его ничто не остановит. К счастью, Тсуна не расслышала, а то бы запаниковала, вспомнив будущие показатели этого психа. А вот мимо ушей Хаято слова не прошли.
– Я с ним разберусь, если он что-то вытворит.
– М? Окей.
Без Бела становится скучно, Тсуне ведь даже пошутковать с Хаято нельзя, лишние уши никуда не делись. А у них еще нет репутации Варии, которые достаточно пугающие и безбашенные, чтобы позволить себе многое даже на церемонии.
– Кхм, – Тсуна вроде бы и по жизни болтала без умолку, а горло запершило именно сегодня. Она попыталась негромко прокашляться.
– Давайте я принесу что-то попить? – Хаято среагировал моментально.
– А? Не… – класс, теперь она одна.
– Ку-фу, наконец-то, тебя так сложно застать одной, Тсунаеши-чан, – Мукуро, не стесняясь, приобнимает ее за талию.
– Будто бы тебя это может остановить, – она закатывает глаза.
– Оя? Кто-то не в духе? Неужели… из-за меня? – и хоть бы капельку раскаяния в его голос.
– Времени нормально подумать обо всем даже нет, – Тсуна чувствует на себе взгляды каждое мгновение, и это сбивало с толку. – Но я рада тебя видеть.
– Ох, как мило.
– Все равно я собиралась рассказать о том, кто настоящий Хранитель Тумана, так что все не так плохо… Но, черт, ты сделал все так бесцеремонно! Совсем не жалеешь меня, я чуть не умерла от инфаркта.
– Ты слишком юная для такого развития событий.